Отправлено: 21.02.10 23:01. Заголовок: Такие странные люди - [Ophelia Disraeli & Rosemarie Jones]

 Отправлено: 25.02.10 20:44. Заголовок: Роуз не любила встав..

Роуз не любила вставать по утрам. Да и кто любит? Солнце лезет в глаза и мешает досмотреть замечательный сон. И оно не успокоится, пока ты не проснёшься. Будет тормошить, лезть в глаза и всячески прогонять бедного Морфея. И даже тяжёлые синие пологи тут не помогут – яркий утренний свет всё равно найдёт какую-нибудь лазейку, чтобы студенты не проспали занятия. Вот и сейчас Джонс разбудил именно гадкий солнечный луч. Делать было нечего – рейвенкловка сладко зевнула и встала в кровати, с левой ноги. Не сказать, что она была суеверна или вообще особо заботилась о том, чтобы всегда вставать именно с правой ноги, но почему-то именно сегодня Роуз обратила внимание на сей непримечательный факт и отчего-то решила, что день выйдет неудачным. Наверное, потому, что этому обязательно поспособствует сдвоенный урок зельеварения после обеда, или же урок прорицания как раз сейчас. Хотя… на прорицаниях-то как раз можно было поспать, во всяком случае, до того времени, пока Терлони с потустронними завываниями не ткнёт в тебя пальцем и не заговорит что-то о грядущих неприятностях и необходимости расшифровать якобы увиденного в хрустальном шаре огромного зелёного тролля. Единственное спасение на сегодня – трансфигурация. Вот уж где можно было постараться хоть что-нибудь сделать, особо не напрягаясь. Так думала Розмари, направляясь в ванную комнату. Как оказалось, встала она довольно-таки рано – из помещения не было слышно оживлённых диалогов о чистокровности или споров о всевозможных исключениях из правила Гэмпа и мнимых способах их обойти. Рейвенкловка ещё раз зевнула и протёрла глаза – пора было окончательно просыпаться, чтобы ещё можно было успеть хоть что-нибудь повторить или выучить перед занятиями. Роуз остановилась, как вкопанная, не понимая, что сказать и стоит ли что-то говорить: посреди ванной комнаты стояла полуголая Дизраэли (ну этот факт ещё можно было как-то пережить), но примечательным было то, что её спины рассекали ужасные шрамы, при виде которых к горлу подступал какой-то отвратительный ком не то чтобы отвращения, но ужаса (а это уже пережить трудновато). Пока Роуз судорожно соображала, пытаясь найти хоть какие-то слова в оправдание своего неожиданного и нежданного появления, Дизраэли быстро накинула полотенце и выбежала из помещения, будто бы её застукали за чем-то непотребным или запретным. Джонс не видела своей вины в том, с какой ненавистью Офелия на неё посмотрела, когда проносилась мимо, но было несколько неуютно от осознания того, что ты вторгся в чьё-то личное пространство, увидел чью-то тайну, а Роуз была уверена, что об этих шрамах не знает никто – не зря же Офелия принимает душ ранним утром, чтобы никто не видел. Джонс покачала головой и попыталась выбросить этот случай из головы, но в запотевшем зеркале ей всё виделась ошарашенная и напуганная Дизраэли, как было бы если рейвенкловка была действительно в чём-то виновна. Непонятно почему, но этот утренний инцидент не вышел из мыслей Джонс и на всех последующих лекциях, и на обеде, и на ужине. Весь день она провела будто бы в забытьи, анализируя то, что произошло, пытаясь обнаружить в этом хоть чью-либо вину. Но разве Офелия была виновата, что Джонс встала так рано и решила пойти умыться? Разве сама Роуз была виновата в том, что в такой неподходящий момент зашла в ванную комнату? Ерунда какая-то… – думала Рози, поднимаясь по лестницу в спальню. Нужно было занять себя хоть чем-то, чтобы не думать больше об этом дурацком и неудобном случае. В спальне было пусто – как раз то, что требовалось Джонс, чтобы отвлечься и сосредоточиться на уроках. Но преодолев половину пути к своей кровати, Роуз опять замерла, заметив, что посреди комнаты стоит Дизраэли. Нужно было что-нибудь сказать, чтобы замять эту отвратительную тишину а заодно убедиться, что она точно ни в чём не виновата.
Я… извини, что…увидела тебя утром… – как-то смущённо выговорила Роуз. Голос казался каким-то не своим, хриплым и пересохшим, как будто она действительно виновата. Ну что за глупости? Конечно же, это всё случайно. И я не виновата. И хватит так смотреть на меня, чёрт возьми!

 Отправлено: 04.03.10 04:36. Заголовок: Как говорят маглы, х..

Как говорят маглы, хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах. Офелия Дизраэли много раз убеждалась в верности этой поговорки, когда все её продуманные и заранее подготовленные решения, когда казалось, что она все предусмотрела, вдруг рушились из-за какой-нибудь не важной на первый взгляд мелочи. Но в одном судьба годами хранила её – никто из сокурсниц, не иначе как чудом, за семь лет так и не смог увидеть уродливо-завораживающий рисунок шрамов, что украшал её худую спину. Офелию сковывал ужас от одной мысли, что кто-то может это увидеть, начать задавать вопросы, узнать правду – и чтобы не произошло после, это будет губительно для неё, Офелии. Над ней будут смеяться. В неё будут показывать пальцем. Её будут жалеть, упиваясь чувством собственного превосходства. Её выгонят из школы – ведь жалким калекам вроде неё место не среди нормальных, здоровых счастливых детей, а в компании таких же неудачников как они в Мунго. И, что самое ужасное, её заставят вспоминать, а этого, именного этого, Офелия просто не могла пережить. К счастью, её сокурсницы любили поспать, и это все эти годы хранило её от беды - ровно до этого дня, когда по неизвестной причине Розмари Джонс решила встать пораньше.
В тот момент, когда она услышала за спиной шаги, Офелия вдруг резко потеряла способность мыслить разумно – настолько велик был страх, нет даже не страх, а какой-то животный ужас, захлестнувший её. Она не могла пошевелиться, не могла прикрыться – какое-то непонятное бессилие овладело ею, оставив лишь способность наблюдать словно бы со стороны за тем, как в ванную комнату входит Джонс, как изменяется её лицо – и лицо самой Офелии. И вдруг отпустило – и Дизраэли стрелой вылетела из комнаты, за считанные секунды оделась и спешно сбежала из башни. Страх, стыд, злость – на себя и на Роузмари – все это душило, мешая думать и осознавать. Хотелось плакать, кричать, забиться в самый темный угол и сидеть там до скончания времен, но увы у неё не было возможности так поступить.
Весь день Офелия провела в беспокойстве. Воображение рисовало ужасные картины, одна другой хуже: вот Роузмари идет к Кэрроу и рассказывает об увиденном и та, похвалив доносчицу, идет разбираться с Лией; вот Роуз смеясь делится увиденным со слизеринцами – или с гриффиндорцами, по мнению Дизраэли она друг друга стоили, и и те, и другие теми ещё лицемерными негодяями. Однако вот наступил вечер – и ничего так и не произошло. Каковы бы не были её мотивы, Джонс почему-то сдержала язык за зубами. Вот только надолго ли? Они время от времени могли поговорить об учебе и никогда не ссорились – не из-за чего было, но в силу этого приятельства Офелия не верила, как не верила в людей вообще. Только папа никогда её не предаст, потому что дальше предавать уже некуда, от остальных же людей она только и ждала что подножки и удара в спину.
Нет, надо было поговорить, как минимум для того, чтобы убедиться, что безопасности её тайны ничто не угрожает. Шанс появился неожиданно, и когда тем же вечеров в спальне Офелия, обернувшись, вновь увидела парад собой растерянную Джонс, она вдруг поняла, что совершенно неготова к этому разговору и снова хочется одного – сбежать. Роуз выглядела искренне виноватой, но это зрелище почему-то не обрадовало Лию так как должно было бы. Наверно виной тому было то, что в глубине души Дизраэли прекрасно понимала, что вины сокурсницы в произошедшем не было.
- Не смей никому говорить об этом, - Офелия говорила вроде бы и не громко и даже почти спокойно, во всяком случае явно пыталась, чтобы её слова прозвучали именно так. Во все равно в них явно слышались и ярость, и угроза, которые она пыталась скрыть. – А не то пожалеешь.

 Отправлено: 08.03.10 23:18. Заголовок: Не смогла написать б..

Скрытый текст

Не смогла написать больше и лучше. Прости.

Happy song, nothing is wrong. It`s soo fun ©

Ей хотелось извиниться и убежать, но она заставила себя стоять здесь, смотреть на Дизраэли. Пытаться понять её. Но с каждым словом Офелии становилось как-то не грустно, а даже смешно. Подумать только, ведь они столько времени проводили вместе. Их приятельство казалось чем-то самим собой разумеющимся, а тут какая-то дурацкая мелочь всё рушит. Роуз всегда знала, что Дизраэли немного не в себе, но не настолько же! Не настолько же, чтобы смотреть исподлобья, чтобы шипеть, угрожать. Глупо. Глупо выходит, Офелия. Плохо стараешься. Смысл сейчас всё перечёркивать? К сожалению, у вас нет маховика времени, чтобы вернуться назад и всё исправить. Тогда Роуз бы спокойно спала в своей кроватке, а ты бы не ходила в ванную спозоранку. Тогда всё было бы… нормально? Да, пожалуй, всё было бы нормально. Привычный распорядок жизни остался бы девственно чист, а тут над ним так жестоко надругались. Выходит, что ваше приятельство решило умереть, сложив лапки на груди. Ах, как грустно. Как грустно пытаться заставить себя хоть что-нибудь чувствовать. Но нет. Роуз стояла посреди комнаты с каким-то растерянным выражением на лице. Ещё минуту назад она была уверена, что виновата. А сейчас она не могла быть уверена ни в чём. Ей хотелось заставить себя обидеться на Офелию, но она лишь понимала, что ей попросту всё равно. Она хотела бы развернуться и уйти, но разве это что-нибудь изменит? Да даже если Роуз сейчас подойдёт и сочувственно улыбнётся Офелии, это ровным счётом ничего не изменит! Та всё равно беспричинно будет смотреть волком, возможно, даже шептаться с кем-нибудь за спиной, что Роуз, мол, любит лезть не в своё дело и так далее и тому подобное. Но Роуз, чтобы вы знали, вообще плевать, есть там у кого шрамы или их нет. Она просто встала рано утром и пошла в ванную, чтобы умыться. Вот и всё. Кажется, у кого-то в этой комнате паранойя.
Дизраэли, да ты вообще в своём уме? Кому сдались твои шрамы? Тоже мне, нашла чего бояться… – Джонс хмыкнула. Непонятно было само это возмущение. На свои слова рейвенкловка ожидала совсем другой реакции. Быть может, лучше бы было, если бы Офелия опять сбежала. А так выходит какая-то то ли комедия, то ли фарс. Одним словом, спектакль. Слишком драматизировано. – А то что? Смешно даже… нашла Риту Скитер – Роузмари фыркнула. Её приняли за сплетницу – просто волшебно. Да она весь день молчала и не находила себе места, чтобы потом услышать такие слова от человека, с которым вроде нормально до этого общалась. Чудесный расклад. Люди такие благодарные, такие добрые и чуткие, что плакать хочется от умиления.

 Отправлено: 21.03.10 02:44. Заголовок: Офелия внимательно, ..

Офелия внимательно, настороженно, как дикий зверь внезапно застигнутый охотником на границе родного леса и чужих человеческих полей, не знающий отступить ли, надеясь на благородство противника, который не посмеет ударить в спину, или напасть первой. Это был важный выбор, опасный, от которого зависело многое, возможно – их жизни, и, что самое странное и страшное, Офелия не была уверена насколько далеко она сама готова пойти. Легко убеждать себя в том, что люди тебе не нужны, когда рядом никого нет или когда те, кто есть ничего не требуют от тебя. А вот если приходится выбирать – пожертвовать покоем ради веры, или приятелем – ради себя, если ты даже не знаешь насколько реальна угроза, то все становится намного сложнее.
- Я? О да, со мной все в порядке, спасибо за заботу, - пожалуй ещё чуть-чуть, и капля концентрированного яда от сарказма упала бы на пол. – Может ты и права, и эти шрамы никому не нужны, но я не планирую рисковать собственным благополучием из-за подобного глупого предположения, и потому предупреждаю тебя – в первый и последний раз: не смей никому рассказывать об увиденном утром, - она отступила на шаг на зад, как бы невзначай занимая более удобную позицию, словно бы и не замечая, как палочка привычно скользнула из рукава в руку. Осталось только решить – отступить или напасть. - Можешь не сомневаться, если мне понадобиться твое молчание, то я сумею его добиться, даже если тебя после этого никогда не отпустят с четвертого этажа, - по холодному, спокойному, тону, которым были сказаны эти слова было легко догадаться, что речь иде не о четвертом этаже гриффиндорской башни или там магловского супермаркета Хэрродс, а о больнице Св.Мунго. - Знаешь, если чему-то я и научилась за эти годы, так это тому, что доверять людям нельзя. Какими бы благородными героями и святыми они не казались, или хуже - не считали бы себя, все равно у каждого из них есть цена, за которую они тебя предадут. Разница лишь в том, что кто-то четно признается в этом, а кто-то будет до последнего убеждать всех, что это было для твоего же блага. Уж точно не надо быть Ритой Скитер, чтобы донести Кэрроу дабы сохранить собственный покой.
Была ли Офелия зла? О да, бесспорно, вот только она не была уверена на кого – на себя за глупость и неосторожность, на Роуз, так неудачно оказавшуюся не в том месте не в том время, на Карла, который превратил её жизнь в ад, или может на Оливию, которая не смогла защитить её? Наверно на всех, на судьбу, на глупого мертвого Дамблдора, который не отказал ей в приеме у школу, и на Снейпа, и на Кэрроу, и на Поттера и Волдеморта. Но более всего конечно на себя – за то, что не может сделать выбор.