Отправлено: 14.10.09 20:05. Заголовок: История Магии [профессор и дети] ч.2

цитата:

Hey, teacher! Leave those kids alone! All in all it's just another brick in the wall

Что: зачёт по Истории Магии.
Кто:
Гай Макнейр
Оуэн Шеппард
Луна Лавгуд
Алисия Макнейр
Гермиона Грейнджер
Гарри Поттер
Энтони Голдштейн
Демельза Роббинс
Рональд Уизли
Эйлин Бродерс
Лиза Турпин
Блейз Забини
Шейн Кенделл
Когда: незадолго до зимних каникул.
Где: Министерство Магии, зал суда Визенгамота.


Как Макнейр и предполагал, новая работа ему быстро наскучила. То есть в целом процесс обучения детей уму-разуму был вполне захватывающим, но уныние школьной программы, монотонность расписания и обыклые стены кабинета Истории наводили на профессора тоску. Так что, идея внести в учебу разнообразие и сводить детишек на небольшую экскурсию крутилась в его голове давно. Вариантов было много – от вполне выполнимых до самых безумных. Однако Гай, при всей своей эксцентричности, идиотом не был, и понимал, что затея-то рискованная. Время, знаете ли, нынче неспокойное. А брать на себя чрезмерную ответственность – ну уж нет, увольте. В общем, Гай рассудил, что ему куда проще будет организовать безопасность детей чужими руками. И ничьи ручки не подошли бы для этого лучше, чем доблестных служителей Аврората. Пусть они понервничают, если что, а мы под их крылышком спокойно попьем чаёк несколькими этажами ниже, в министерских подземельях… Еще дружки Поттера доказали, что вломиться в святая святых может кто попало без малейших препятствий. Так что установить в Министерстве портал было делом плевым, тем более для Гая, который сам некоторое время проработал в этом учреждении. Так же не составило труда выяснить, когда у магического совета выходной. Единственное, что профессор забыл сделать – так это предупредить свое школьное начальство…


Скрытый текст

 Отправлено: 26.01.10 02:02. Заголовок: Поттер покорно верну..

Поттер покорно вернулся на трибуны, и место на сцене заняла Грязнокровка Грэйнджер, дабы жечь очищающим пламенем знаний ересь неведения. Ах, эти бы стихи да на музыку! И да прольются они медом в учительские уши, истерзанные несвязным бормотанием предыдущих ораторов. Короче, гриффиндорка в очередной раз подтвердила звание главной зубрилки Хогвартса. Что впрочем не помешало ей снабдить хрестоматийные истины собственными оригинальными умозаключениями, к искренней радости профессора. Даже прямо не знаешь, к чему придраться…
- Милосердие! – воскликнул Макнейр. – Что, если не милосердие и чувство глубокого сострадания, мотивировало набожных магглов отправлять ведьм на костер? Ведь наши души прокляты и обречены вечно гореть в пламени преисподней! И спасти их и дать шанс на прощение могло только искупление грехов в мире земном… Из милосердия они это делали, дети мои, типа, здесь немного поджаришься – на том свете меньше страдать придется, - Гай ухмыльнулся, – Открою вам страшную тайну: в большинстве случаев этот «очищающий» огонь даже толком не добирался до еретика – человек умирал раньше, задохнувшись дымом. Иной раз и вовсе жгли чучело, потому что подсудимый умирал во время следствия, не выдержав пыток... Ну да не суть важно. Еретик был казнен, официальные лица расходились по домам, за ними и восторженная публика, а палачи поддерживали огонь, пока от костра не оставался один пепел, который потом рассеивали под эшафотом…
Разрешив студентке вернуться на место, Гай прогулялся вперед-назад и проговорил недовольно:
- Жаль карты у нас нет, было бы наглядней. Но что поделать... К концу XVI века охота за ведьмами приняла форму настоящей истерии, и ее эпицентром были Германия, родина «Молота», Франция и Швейцария. В Германии вообще сожжение ведьм было закреплено уложением Карла V, известным, как «Каролина». 109-ая статья ее гласила: «Всякому, учинившему ворожбой своей людям вред и убытки, надлежит наказану быть смертью, и кару эту должно свершить огнем». То есть колдовские дела уже перешли из рук церкви в руки светских судов. Костры горели повсеместно, причем, жгли всех кого не попадя: в Кельне по обвинению в колдовстве было сожжено больше тысячи человек – и среди них были и простолюдины, и люди из благородных семей, студенты, даже дети. Представьте – четырехлетнего ребенка судят за заключение сделки с дьяволом… А ведь были и такие случаи! Да там уже, простите, дров на всех не хватало!..
Ох, дети-дети… Кто у нас тут остался? Один неопрошенный рейвенкловец, одна гриффиндорка и целая орава слизеринцев на закуску. Прямо глаза разбегаются…
- А что же происходило в остальной части Европы? Никто не желает высказаться? – полюбопытствовал профессор и указал на рейвенкловского мальчишку. – Выходи. Ты... и твоя соседка. – не блаженная Лавгуд, разумеется, она-то уже отстрелялась.. а Кендалл, на которую Гай посмотрел так, будто мучительно пытался вспомнить, где мог видеть ее раньше.- Давайте-ка сразу вдвоем, чтобы зря время не тянуть. Поведайте мне, что происходило в других европейских странах - не все же они были одинаково подвержены этой истерии, верно?.. Мальчик расскажет нам об особенностях Испанской инквизиции, а девочка даст характеристику охоты на ведьм в Великобритании. Кратенько – отличительные черты. Вперед.

 Отправлено: 27.01.10 03:05. Заголовок: -Ой. Зачем же, профе..

-Ой. Зачем же, профессор, Грейнджер с Поттером так прекрасно отвечали. – После блестящих ответов Гермионы отвечать мало кто любил, уж очень блеклыми выглядели знания других. Хорошо отвечать после какого-нибудь неуча, потому что можно ещё из зала дать пару сочувствующих комментариев по делу, ненавязчиво так показывая своё превосходство. Но сегодня этот фокус не удался, сегодня мы вытянули самый короткий прутик. – Вдвоем?
Кендалл озадачено посмотрела на Голдштайна, затем на профессора. – Ну в любом случае, моя фамилия звучала, ,других Кендаллов тут нет. – Встав из-за парты, девушка поправила штаны и довольно бодрым шагом направилась вперед, заняв неопределенную и безопасную дистанцию от преподавателя. Вот так у «доски» девушка не любила отвечать, не из-за всеобщего внимания, а из-за того, что в руках было нечего держать. – Надо было хоть перо взять. – вот и сейчас её мучил вопрос куда деть руки – спрятать за спину? Скрестить на груди? Вытянуть по швам? Нервно теребить штаны? В итоге девушка скрестила руки и с очень занятым выражением на лице почесала за ухом. Вопрос, в принципе, был уже задан и Шейн не меняя позы, повернулась к Тони. Тот непринужденно стоял рядом и отвечать не торопился, поэтому развернувшись обратно к учителю, Шейн улыбнулась. Вы наверняка тоже использовали такой сорт улыбок – «привет, Мерлин какой ты убогий, уйди чудовище, я не хочу с тобой разговаривать». Рассудив, что девочкой является она, слизеринка выдала:
-Эээм…. Охота на ведь в Великобритании значит… Хоть в Великобритании и была инквизиция, но она была не так сильно распространена как на континенте. Существует заблуждение, что на территории Англии были массовые сожжения ведьм сравнимые с теми, которые устраивались в Испании, Франции и Германии. Однако сожжении в Англии было присуще только государственной измене, да и вообще в Англии даже пытки особо не применяли. В сравнении с немецкими дыбами, испанскими сапогами несколько суток без сна, диета из хлеба и воды были вполне гуманными. Отсутствие централизованных корпусов обвинителей, природный скептицизм и открытые суды, в которых выслушивались даже самые смехотворные оправдания позволило избежать большого количества жертв. По некоторым подсчетам, за весь период их было не больше тысячи. В Шотландии этот процесс проходил несколько по другому. Обычно преследования ведьм в Шотландии начинались с того, что Тайный совет назначал комиссию из восьми местных джентльменов, из которых любые трое или пятеро имели право принимать меры для расследования предполагаемого случая ведовства. Затем обвиняемый мог воспользоваться услугами адвоката, другое дело, что у него не было денег на официальную защиту. Как только обвинительный акт был готов, обвиняемый уже не мог его оспорить, даже если он включал в себя заведомо ложные утверждения. …ммм… обвиняемые должны были ещё возместить материально все убытки. И в Шотландии ведьм всё-таки сжигали на кострах. Что ещё? – задумавшись на секунду, девушка сжала губы и посмотрела в пол, пытаясь что-нибудь вспомнить. – что-то там было про супружескую измену, в Англии с этим было строго. Хотя к рассказам престарелых леди о сношении с дьяволом серьезно не относились. - легкая пауза, будто слова натолкнулись на преграду. Шейн очень пристально посмотрела на Макнейра, определенно, фраза про сношение с дьяволом вызвала некие воспоминания. А сделанная пауза очень красноречиво акцентировала внимание посвященных на последних словах. впрочем, едва заметно усмехнувшись, "девочка" продолжила - И Мэтью Хопкинс, так кажется его звали, он был главным преследователем ведьм.
Больше сказать ей было нечего и она неуверенно посмотрела на Гая, затем на рейвенкловца.
-Начните уже кто-нибудь говорить!

 Отправлено: 27.01.10 11:19. Заголовок: По словам Луны, Энто..

По словам Луны, Энтони могли спросить. Все же была вероятность этого, учитывая, что он сидит, едва ли не распластавшись на столе, а не строит всякие пакости как те, кто на галерке. Тактика Макнейра была удивительно правильной: не обращать никакого внимания на то, что происходит, а уж если это творит твоя сестренка, то нужно закрыть глаза и слушать студента, мямлящего ответ себе под нос. Тактика Голдштейна была и вовсе поразительной: он непонятно сколько (но, наверно, это было очень долго) откровенно маялся дурью, играя с собой в крестики-нолики. Его ни разу за все это время не спросили и ни разу на него не посмотрели. Причин для грусти, как вы понимаете не было. Ладно бы, если на месте Макнейра была бы…ммм…ну перевоплощенная Сильвейн Блейн, ну или Мариша Волькхард, тогда бы он всячески старался показаться на глаза, но поскольку тут был Гай, то… лучше все же не попадаться на глаза, сидеть тихо и не встревать в разговоры между преподавателем и студентом, как это делала Лиза Турпин. Нет, она просто-напросто большая молодец, что отлично знает материал и готова ответить за каждого, но вряд ли тонкие и нежнейше хрупкие нервные клетки Энтони способны вытерпеть такое вмешательство! Дайте свободу слова и дайте возможность ответить тому же самому Уизли, который к моменту, когда рейвенкловец осознал ситуацию, сел на место. Кажется, уже все ответили и все по несколько раз прошли мимо замечтавшегося Голдштейна. А что он? Он в облаках витал, назад много раз оборачивался и даже (поначалу) не оставлял тщетные попытки повторить лекции. Но Мерлин распорядился сегодня иначе и Тони потерял всю свою концентрацию, стоило Лавгуд уйти отвечать, а ведь она пришла. Целая и невредимая. "Солнце".
-После твоих слов я почувствовал, как внутри меня рождается маленькая Гермиона и начинает грызть, - задумчиво произнес, задумчиво почесал подбородок и понял, что сказал не совсем то, что следовало. – В том смысле, что… Турпин, по-моему, ответила на все вопросы, сверх нормы. У Гермионы соперница… - а это мечта некоторых парней: видеть, как девушки соперничают друг с другом. Это смешно и очень мило, а уж когда они нарушают мужские правила, то забавно втройне. Дело в том, что мозг Энтони не может думать о серьезных вещах, ему нужен простор, фантазия, полет и нелогичность, сравнимая с бредом сумасшедшего. Гениальность и сумасшествие граничат. Ну и вот. И когда девушки не дерутся, не цапаются, за волосы друг друга не таскают, как это было совсем недавно в большом зале, начинается самое-самое интересное! Они начинают "битву умов": кто тише скажет правильный ответ, кто ласковее посмотрит на преподавателя, чья пауза будет дольше чеховской и сколько рисунков, нравоучений, замечаний, открытий, пререканий сделает каждая. Быть может, это воспаленный мозг немца, быть может – побочный эффект от Тектарии херазики, которой Луна иногда кормит фестралов, а они это "растение" не едят, быть может – обычное девчачье желание выделиться.
Это удалось Гермионе: она очень быстро, подобно пулеметной очереди, стала остреливать словами, как пулями, и в итоге Тони почувствовал себя кретином. Полным, причем. – Луна, я, наверно, не вовремя вопрос задаю, но почему Гермиона всегда… неподражаема?
Этот вопрос, понятное дело, был риторическим. Теперь настало время не риторического вопроса от профессора Макнейра, который, казалось, устал от возбужденного лепета гениальных студентов. Энтони вышел из-за парты, как ему было сказано. И вышла Кендалл. Садиться в пыточное кресло уж больно не хотелось, поэтому поклонившись даме, мол, иди первая, Тони зашагал вслед за ней, но та в кресло не села, а встала сложив руки. Голдштейн принял более умный и солидный вид, но отвечать на свой вопрос не торопился. Вопрос не сложный, но на экзамене обычно тянет ляпнуть отсебятину и гордиться своим видением на ту или иную проблему. Шейн ответила и чтобы не возникло паузы, Тони начал вещать свою истину, долго, причем, он просто не умеет говорить по делу, когда волнуется. – Отличительные черты…нуууу…. В Испании, например, многие философы не смогли точно определить год начала инквизиции, отсюда расплывчатость дат и искажение действительной информации. Чем не особенность? Однако не стоит забывать, что все-таки именно XII век стал считаться отправной точкой. Далее… Инквизиция в Испании предполагала более тесную взаимосвязь интересов монархии, государей и высших слоев с целью, мягко говоря, борьбы с еретиками, однако позже это исчезло, потому что инквизиторы, пользуясь плохой организацией и слабостью испанских министров, зачастую не считались с титулами вице-королей Арагона, Каталонии, Валенсии, Сардинии и Сицилии унижали их. Инквизиторам удалость разнести в пух и прах культуру испанской литературы, таким образом, они, считая себя образованным классом, скатились до уровня бродяг, стали невежами. Они отрицали всякую, по их мнению, "ересь", о чем потом напишет Макс Вебер. Испания оказалась на грани краха и раскола, потому что инквизиция способствовала эмиграции многих семей, опустошению культуры и загниванию ценностей.
Позже инквизиторы и вовсе перестали чтить государей, бросая их в тюрьмы. Они приобрели колоссальную мощь. Они имели полное право, но только в XVI веке, убить французов, которые мешают им, потом – самих испанцев, и так они стали деградировать. Если в других европейских странах инквизиция чаще всего преследовала одну мысль, то в Испании она приобрела многофакторный подход… Ну… стала более широкой, хаотичной и беспринципной…
Тони посмотрел на Шейн: "Ну добавь что-нибудь к моему ответу!"
Нет, они спокойны, ведь еще сколько слизеринцев осталось спросить.

 Отправлено: 06.02.10 02:45. Заголовок: Идея вызвать сразу д..

Идея вызвать сразу двух студентов добавила в игру некоторый соревновательный момент. По крайней мере, оба ученика не стали отделываться лаконичными отговорками, а охотно вывалили на профессора все известные им сведения об Испании и Великобритании, не слишком заботясь, имеют они отношения к делу, или не очень. Гай терпеливо слушал, задумчиво хмыкая.
- В Шотландии не просто «все-таки жгли», там масштабы охоты на ведьм были сопоставимы с германской истерией, и пытки у них отличались особой жестокостью… Даже не знаю, может, близость Хогвартса так влияла на местных? Глаза мы им мозолили, что ли?.. А в остальном, все верно. В Англии не сжигали на костре, в Англии вешали. Да и то от случаю к случаю, потому что колдовство не считалось страшным грехом, и на самом деле за каждым обвинительным приговором обычно скрывались какие-нибудь политические мотивы. Нужно было устранить неугодного человека – срочно находился свидетель, который видел, как тот гадал или вызывал бури. Никто ведь всерьез не верил в связь несчастной Жанны д’Арк с дьяволом, однако ее сожжение было условием перемирия между Англией и Францией, так что… Неплохо.
Теперь мальчишка. В течение всего его монолога Гай всё ждал, пока студент прекратит ходить вокруг да около и доберется до сути… Тщетно! Голдштейн судя по всему был истинным Голдштейном. Это прям какой-то национальный талант – навешать лапши на уши и уйти от прямого ответа, хотя там сказать-то надо было всего одно-два предложения. Мерлин мой, спасибо хоть вопросом на вопрос не ответил! А почему вы спрашиваете?
- «Способствовала эмиграции многих семей»? – медленно повторил Гай, не зная, то ли плакать, то ли смеяться, - Ты мой хороший, это ж надо додуматься… Эта «эмиграция» была тем, что у магглов называется «геноцидом». Да Торквемада, первый великий инквизитор Испании, попросту уничтожал всех «нехристиан» - евреев и мавров. Ты абсолютно прав, говоря, что это привело к полнейшему культурному и экономическому опустошению страны… Но это как раз нас не слишком волнует. Это может быть интересно разве что тем, кто желает постичь иррационально жестокую природу магглов. Что для нас имеет значение – так это, что охота на ведьм в Испании была подавлена в самом зачатке, поскольку инквизиция быстро обратила свой религиозный фанатизм в другое русло. До ведьм там попросту никому не было дела. В XVII веке Испания стала чуть ли не самым безопасным местом для волшебников в Европе – ну, если, они не были маврами или евреями, разумеется! – он ухмыльнулся и покачал головой. – Вот и все, что тебе нужно было сказать – а вовсе не все эти рассуждения про деградацию культуры!..
Гаю надоело торчать на «балконе» и он трансгрессировал вниз, к своим подопечным. Хлоп! И он уже стоит перед прикованным Шеппардом, ткнув его тростью в плечо:
- Эй, Еретик! Как думаешь, ставить рейвенкловцу зачет или нет? Вроде, в общей исторической ситуации он разбирается, но прямого-то ответа на вопрос не дал… – Гай прогулялся вокруг Голдштейна. - Тебе имя Алонсо Салазара де Фриаса о чем-нибудь говорит? Предлагаю выгодную сделку: если хочешь зачет – скажи мне, кто такой Алонсо, в двух словах! Я серьезно: двух слов достаточно, чтобы рассказать о де Фриасе всё, получить зачет и вернуться на свое место. Идет?
Отпустив с миром Кендалл [то ли она и впрямь ответила хорошо, то ли он судил предвзято - Гай и сам не понял] и дав рейвенкловцу секунду подумать-поразмышлять-понакручивать пейс на палец, профессор запрокинул голову к оставшимся наверху студентам и громко осведомился:
- Остальные слизеринцы не желают присоединиться к нашей дискуссии? Давайте, вылезайте с галерки… Сначала послушаем девочку. – Гай гостеприимным жестом пригласил свою младшенькую спуститься вниз. – У нас тут небольшой географический экскурс. Мы как раз обошли всю Европу, пора перебраться в Новый Свет. Об охоте на ведьм в Америке мне рассказывать не надо – там говорить нечего! Единственное, что меня интересует – это процесс над Салемскими ведьмами… И год не забудь назвать, радость моя, год!

 Отправлено: 10.02.10 03:09. Заголовок: Не сказать, что это ..

Не сказать, что это было приятно, но пока студенты отвечали на вопросы, Шаппард даже слегка примирился с кандалами. Меньше давить на разум они не стали, нет, зато у зачета определенно намечалось логическое окончание. Так что теперь параллельно с тихой неугасающей паникой, тихим голосом Луны внутри шелестело "потерпи еще немного, скоро все закончится". Это немного успокаивало... ну, или, хотя бы, не давало фобиям брать свое.
Резко Оуэн вскинул голову на внезапный звук хлопка аппарации. Надо же, он считал, что на нижних этажах Министества аппарировать нельзя... впрочем, он считал, что и портал сюда не построишь, но ошибался. Кто там? Он растеряно потянул руку, чтобы понять что за предмет упирается в его плечо, совершенно забыв про длину цепей. Не дотянулся, да и палка исчезла. А через секунду Шеп понял, что это был МакНейр с его тростью.
- Вам виднее, сэр. - Совершенно прослушав ответ Голдштейна, Оуэн дать более вразумительной оценки все равно не мог. Хотя нет, зная Голдштейна - вполне, но к тому времени, как Оуэн дошел до этой мысли, Тони уже отвечал на дополнительный вопрос.
"Остались только слизеринцы... что для них важнее, собственный зачет или потеха?" - Рейвенкловец пошевелил левой кистью. Мнилось, что металл оков парализует конечности, лишает способности двигаться. Что за скрип в суставах? Может, не так он и не прав? - "Ничего... скоро все закончится... да, мантикора вышивая, быстрее бы уже!"
Надо было хоть как-то себя отвлечь, перестать думать об этих драконовых цепях, об этом кресле, об этом месте... ведьмы, Салемские ведьмы... Мерлин и Моргана... когда это было?

 Отправлено: 11.02.10 18:16. Заголовок: Нет, что вы, не поду..

Нет, что вы, не подумайте, что Энтони полагал, что ответил блестяще и Макнейр поставил плюс 50 баллов Рейвенкло. Более того, до парня все же дошел абсурд, который он с честью и достоинством нес, однако дошел, как полагается, позже. И, как полагается, Тони не понял вопросов Гая, наивно веря, что сказал-то все он правильно. Ну да, были, конечно, более глубокие наблюдения, ну да, был детский лепет, но ведь от всего сердца, от разумной части головного мозга, от рационального полушария. Кендалл была хороша: отвертелась от, казалось бы, неминуемой циничной кары Макнейра, и, более того, ее похвалили, и все, свободна. А рейвенкловцу пришлось дуться, пыжиться и утихомирить свое буйство, порываясь сказать, что свобода мнения и слова приветствуется во всех странах и так далее. Но он молчал, внимательно озираясь, когда Макнейр нарезал круги вокруг него. Чувствовал себя Энтони крайне паршиво. – Ну… я это и хотел сказать, - выдавил рейвенкловец, услышав от профессора то, что тщетно пытался сформулировать.
Профессор, остановитесь, в глазах рябит.
И по щучьему велению, точнее по велению Голдштейна, Макнейр исчез и появился рядом с Оуэном. Господи, да что ж такое? Неужели нормально спуститься нельзя, а вот надо прям так резко? Гай решил посоветоваться с Шеппардом и тут Тони понял, что влип. Однако следующий вопрос профессора настолько оживил семикурсника, что тот едва не подпрыгнул на месте. В двух словах. – Испанский инквизитор! – Выпалил немец. Очевидность – рейвенкловское все. Два слова, как лимит, были использованы, и парень оставался стоять на месте, наблюдая теперь за тем, как галерка мучалась: спускаться вниз или нет. Алисия Макнейр обязана поразить всех своими знаниями, ведь ее очередь.