Отправлено: 18.04.08 09:20. Заголовок: Коридоры и лестницы 0.8

Коридоры и лестницы Хогвартса, пожие на лабиринт, в котором очень легко заблудиться. Причиной этому есть то, что лестницы меняют свое положение. Так что тут надо быть очень аккуратным, а то можно попасть куда-то не туда... Коридоры украшают множество картин, на которых изображены волшебники, если есть свободное время и вас нечем заняться можно пообщаться с ними. И будьте уверены, они вам расскажут много чего интересного. Старички любят посплетничать

 Отправлено: 13.04.09 07:11. Заголовок: Казалось, Драко выша..

[Трофейный зал]


Казалось, Драко вышагивал по Хогвартсу как ни в чем не бывало, и если бы кто-нибудь и заметил нервозность в движениях аристократа, то скорее всего в ту же секунду списал бы все на позорный проигрыш слизеринской команды. Собственно, этим юноша и будет прикрываться, если у него не получится в ближайшее время выйти из "состояния", которым его наградила Эстель; из состояния, которое было ему противно и противоречило всем устоявшимся малфоевским принципам, говорящим о том, что слаб тот, кто идет на поводу у чувств и эмоций, а не у здравого смысла. А о чем обычно говорит здравый смысл Драко? О том, что всегда и везде надо придерживаться того пути, который приведет к наибольшей выгоде.
Тряхнув головой, юноша попытался хотя бы не думать об вышеозвученном, ибо в данный момент ему меньше всего хотелось анализировать, какую выгоду он получит от женитьбы на Астории, и какую - если останется с француженкой. А что блондин точно сейчас желал, так это выкинуть все наболевшее из своих мыслей, ведь перед глазами до сих пор стоял образ плачущей шестекурсницы, в голове не останавливался вихрь слов, которые она взвалила на аристократа перед тем, как покинула Трофейный зал, а глаза то и дело пытались высмотреть где-нибудь в далеке, в тени ее силуэт. Но такое поведение, состояние было не приемлемо для Драко, который до этого никогда не переживал по поводу кого-либо другого, помимо себя самого. А значит и сейчас не будет: главное дойти до комнаты, избавиться от вещей девушки и попытаться забыть.
И если до этого судьба, по всей видимости, целенаправленно делала все, дабы усложнить юному пожирателю жизнь, то теперь она собственноручно посодействовала тому, чтобы он на своем пути встретил троицу, собственные проблемы на фоне которой, терялись и меркли. Не сказать, что Драко тесно общался хоть с кем-то из этих троих, но тем не менее время от времени мог пересекаться, как с Алией, с которой его связывал один факультет и излишняя озлобленность на весь белый свет, так и с Кэлен, с которой они познакомились еще будучи детьми, часто пересекаясь на надоедливо-пафосных встречах чистокровных семей. Что же касается Ричарда, то этого гриффиндорского выскочку Малфой недолюбливал еще с первых курсов. А почему? Да разве нужна для этого причина, если речь идет о грязнокровном представителе львиного факультета? К тому же староста школы, как не пытался понять, что видят в этом магглорожденном, как Денна, так и Амнелл - ничего у него не выходило, хотя, собственно, кого это вообще волнует?
Замедлив шаг, когда до "веселой компании" оставалось метра три, не больше, блондин сначала с долей интереса посмотрел на Ледум, а затем и на другую представительницу прекрасного пола. Гриффиндорец же в данной ситуации остался якобы не замеченным, будто его и не было. - Я как чувствовал, что ты не успокоишься, пока не наточишь свои коготки о кого-нибудь другого. - Кинул в сторону слизеринки Малфой, кисть которого все еще помнила садистские выкрутасы семекурсницы. Вот только теперь что-то юноше подсказывало, что уже не он окажется в центре извращенных "игр" Алии. И будь у Драко более удачный день, возможно бы он и захотел стать тем, кто окажется между двумя барышнями, дабы те не повыкалывали друг другу глаза. Но увы, паршивое состояние парня и не менее паршивые события, которые имели место быть раннее, лишь подтолкнули его к тому, чтобы, напротив, поприпятствовать очередному чужому скандалу, а потом и вдоволь им насладиться. Что угодно - лишь бы не думать о собственных проблемах.
К сожалению, староста школы не знал того, что в очередной раз стало камнем преткновения, ибо его мало волновала истинная суть чужих ссор, даже если и забавно было за ними наблюдать. Но кто сказал, что он не имел права на попытку догадаться? - Алия, Кэлен, что вы опять не поделили? - Короткий, высокомерный взгляд в сторону Ричарда, сменился неприкрытым удивлением, недоумением. - Не говорите мне, что этого оборванца. - Слабая ухмылка легла на тонкие губы ловца, будто бы данное предположение было верхом бессмыслицы. Посмотрев сначала на скрещенные руки слизеринки, юный пожиратель как-то разочарованно на нее взглянул, мол только не заявляйте, что все трое так и будут стоять, скрестив руки на груди и кидать в сторону друг друга занудные оскорбления. А ведь Драко так надеялся на что-либо погоречее. Нет, так дело не пойдет..
- Кэлен, ты же выше всего этого. - Решив подергать сначала рейвенкловку протянул Малфой, остановившись где-то за полтора метра от "главного эпицентра событий", дабы видимость была отличной. - Неужели ты так и будешь терпеть выходки Алии изо дня в день? - Юный пожиратель еще раз удостоил Сайфера своим драгоценным вниманием, прикидывая, а не в нем ли действительно дело? Старшекурсник припоминал, что тихоня Амнелл ходила с тем и на Святочный Бал, и была "неразлучна" прошедшие курсы. Но вот Ледум... хоть аристократ и замечал порой, как та терлась с гриффиндорцем у всех на глазах - это же Ледум, от нее можно и не такого ожидать, она самого Поттера затискает, если захочет.
Но вернемся к той, к которой староста школы в данный момент обращался. - Что ж ты позволяешь об себя вытирать ноги? - Наслаждаясь ситуацией протянул Драко. - А ты, Алия? Не устала еще пачкаться в этой грязи? Разберись уже ты со своими "проблемами" раз и навсегда. - Не сложно было догадаться, что под грязью имелась ввиду грязнокровность гриффиндорца, а под проблемами - вечные разбирательства с Кэлен, которые все время так и оставались на уровне слов, а не действий. - И кстати... - Малфой в поисках чего-то посмотрел сначала по сторонам, а потом и на самих студентов, как ни в чем не бывало спросив - ...вы продолжайте... продолжайте выяснять отношения, но сначала ответьте мне на вопрос: ни у кого из вас не завалялось чего-нибудь, что превышает по градусам тыквенный сок? - А ведь ловец был совсем не прочь, наблюдать за всем со стороны и не спеша потягивать какое-нибудь сливочное пиво. А если бы Ричард сгонял еще и за закуской - было бы вообще замечательно.

 Отправлено: 13.04.09 20:50. Заголовок: Моя логика конечно &..

Моя логика конечно "суперская". Простите меня за бред.

Где то в далёких уголках памяти жили монстры. За дымкой печали и пленкой притворства, у них было своё царство. Когда за каждый проступок тебя пилило внутренне я, когда выносили на суд твоё решение. И подспудно ты понимаешь что монстры правы. Что ты ошибаешься.
Со временем иль с опытом ты начинаешь притуплять их голос, а вскоре и не слышишь вовсе. Они не столь кошмарны, не столь страшны. В какой то момент жизни ты полностью теряешь совесть, а в другой наглость твоя перечеркивывает любые границы. И ты становишься кем то совершено другим, чем тот, изначальный.
О если бы теперь она могла повернуть всё вспять. Не садиться в то купе, не разбираться, не мстить, не пытать, не любить. Чтоб навсегда быть стальной как скала, не испытывать все эти эмоции. Что нахлынули на неё как вышедшая из берегов река. Вот и сейчас она чувствовала себя виноватой, хотя это была не она. Эта была та часть Ричарда что передалась ей. А она передала ему терпение, выдержку, холодность. Разрешая в обоих сосудах плескаться двум разным стихиям, добру и злу.
Бежать было поздно, а значит принимать удар. Даже в игре, в квидитче никогда не бываешь 100% готовым. Растеряность, страх куда то отошел на задний план. Но сердце стучало куда быстрее чем обычно. И настроение вторило вызовом. Денна проследила за взглядом Ричарда, и колкая ревность впервые за много лет коснулась её.
Скрестив руки она стояла не подвижно, мимика лица была сдержанна, но розовые щёки выдавали прошлое волнение.
- Для такой как я? - переспросила Денна медленно растягивая слова, - А чем мы отличаемся Кэллен, мой род столь же древен как и твой? - называть соперницу по фамилии было равноценно признать её ровней. Но они не были ровнями. Да чистокровны, но в корню разные. Как день и ночь. Вопрос был задан специально, любимое занятие Ледум. Дергать за ниточки, смотреть как люди будут дергаться.
Можно было отрицать иль врать себе что Ледум не замечала повидение Сайфера, когда они были рядом с Амнелл. Но это ведь ложь. Когда они избегали общественных мест, не ходили в библиотеку, ели не в холле, или обходили астрономическую башню стороной. Можно было продолжать прятаться, можно было продолжать лгать. Но сегодня, или вот в это мгновение Ричард копнул дальше чем следовало. Он заставил её бежать, он заставил её прятаться от себя и от него. Столкнув её со страхом. Теперь пора платить долги.
They can avoid the subject, but they cannot fool themselves. Амнелл была частью или прошлым её "собственности", а прошлое выжигаеться огнём или забывается.
- Ричард, - её черты лица стали мягче, она сделала шаг к парню. Словно ничего не произошло, небыло тех мучительных игр в "кошки мышки". Её рука прошла по плечам молодого человека, сдувая с него пылинки - Признайся с кем веселее с такими как я, или такими как она?
- А может ты имеешь в виду, - Денна улыбнулась насмехаясь над девушкой, произнося медленно на распев - Кэллен, что такие как ты не могут снизойти с пъедестала чистокровности к таким как он. Её кисть легла на его, с нежностью охватив его пальцы.
- Удивительно что мы с тобой в разных факультетов. Малфой был бы счастлив с тобой ходить под ручку, ему тоже с пъедестала прыгать больно. -
Проверить бы его или её чувства, подумала Слизеринка. К друг другу. Ревность ревность, всегда можно играть на этом. Повернув резко подбородок Ричарда она прикоснулась к его губам, легко проводя ими дразня его. Всё это время она не спускала глаз с Кэллен. Ожидая её реакции. Вот Рейвенкловка сцепила кулаки, вот её глаза расширились. Превосходная реакция. Но это лишь цветочки.

- Я как чувствовал, что ты не успокоишься, пока не наточишь свои коготки о кого-нибудь другого.
Мерлин подери меня, подумала Денна когда из тёмных глубин коридоров вышел ни кто иной как Малфой. Так может я подумаю о том чтоб все наконец уснули и это случится в шутку подумала Ледум. Ей просто стало очень смешно. Он появился как нельзя кстати, ведь сегодня она так и не успела вывести капитана из баланса. Её смех звонкий, как разбитое стекло оглушил временую тишину.
Изумленная поворотам судьбы, да и поведением капитана. Который кстати выступал тем самым шутом о которым она так и не успела ему напомнить, изображал в одном лице дьявола и ангела.
- Алия, Кэлен, что вы опять не поделили? Не говорите мне, что этого оборванца. Неужели ты так и будешь терпеть выходки Алии изо дня в день? - разхаживая между девушками, подливая огня в масло. Довольный как кот наевшийся сметаны, их капитан был тем самым шутом. Порой ей казалось он был безумно одинок. И эта была очередная маска. В такие минуты они были похожи. Но это случалось редко. А так либо одна сторона вежливо подчинялась, а другая сторона вежливо игнорировала.
Денна не считала не чистокровных грязью, она не разделяла этот аспект отношений людей. Прожившая всё детство в маггловских районах, она научилась судить людей по другим качествам. Но здесь в магическом мире, чистокровность давала привелегии. Как монета её разменивали, с ней играли, манипулировали. И только благодаря судьбе она была одной из этих монет. Не более.
Взмахнув руками она невольно выпустила из рук тёплые руки Сайфера. И с выражением в глазах "Только тебя не спросила, как мне поступать" воскликнула.
- У меня проблемы, у меня нет проблем. Это у тебя проблемы? Вмешиваешься в чужие разговоры, видно отец плохо тебя учил. - То самое "самоубийственное" настроение что царило в ней в Гостиной, продолжало сохранятся. Её статус чистокровность давал привелегии, я не станут убивать. Максимум он выкинет её из команды. Правда ли найдёт ли он другого охотника, но не суть. - Если хочешь, я могу тебя поучить. Плётки, розги. Чем там вас учат, Малфоев.
- А ты как раз вовремя, я нашла тебе подружку. Ты ведь так озобочен кого тебе отец в жены отдаст. Нет стой, не отдаст, а сведут. Как животных. Так вот посоветуй отцу славный род Амнелл. Вы с ней так похожи. Какие замечательные детки получатся.
- Не правда ли Кэллен, вот тогда мы с тобой станем ровнями. Кэллен Малфой. Это звучит.

 Отправлено: 14.04.09 00:11. Заголовок: Боль - это черный фо..

Боль - это черный фон, на котором расцветают краски истинной жизни. ©

Детская забава, игра, просто карточная игра - это ведь не страшно, совсем... Когда же наши игры стали так жестоки? Слово, взгляд, взмах, удар... Когда мы начали убивать друг друга? И черная ненависть гложет, душит, раздирает в клочья... Хочешь бежать, но ноги не слушаются, хочешь закричать и не можешь - голоса нет... Голоса лишь кружатся вокруг, танцуют и дразнятся... Пиковый валет делает шаг вперёд и уходит за край стола... А ты стоишь на одном месте и можешь только смотреть на них. Отбой, партия. Тебя уже нет в их жизни. А ты стоишь, и смотришь, и давишься нервным смехом...

- - А может... такие как ты не могут снизойти с пъедестала чистокровности к таким как он.
- Просто я не играю людьми. - Как ты. - И их чувствами. - Ложь легко срывается с тонких губ, без репетиций, без подготовки. Как-будто так и надо. Синие глаза чисты и прозрачны, как море в конце отлива.
- Малфой... - Томно улыбнуться, удержать сокровенную тайну на краешках губ. - Не можешь признать свое поражение? Ну, естественно, для этого ведь нужна.. смелость.

...Они целовались посреди огромного темного зала, в отблесках пламени, бесовски скачущих по слившимся воедино силуэтам. Под беззвучный, отчаянный крик ее бьющегося в агонии сердца. Под бесстыжими взглядами ухмыляющихся портретов.
Сайфер — неловко склонившись к ней. Ледум — с картинно заброшенной ему на бедро ногой, запрокинутой головой, полузакрытыми глазами.
Они не лгали.
Ни она ему — жадно, требовательно, похотливо, словно выпивая его дыхание. Ни он ей — нежно, осторожно пробуя ее губы на вкус, еще не до конца поверив в свой оживший сон.
А в глазах Кэлен горел вереск на холмах Харлеха...

...Там, на холмах, поросших вереском...
...нет ни времени, ни боли, ни воспоминаний... Только вкрадчивый шелест сухих вересковых колокольчиков в переливе ветряных волн и пряный запах нагретой солнцем листвы... завораживающий, затягивающий... Такой, как голос Драко, белокурого принца из ее детских сказок. Прекрасный принц, который всегда появляется в самый подходящий момент. Правда, иногда ему приходится лишних два часа подкарауливать наиболее благоприятный и драматичный момент, но ведь это мелочи, не так ли? Принц появляется, сверкает белозубой, ободряющей, согревающей с ног до головы улыбкой, и приступает к уничтожению врагов. Врагов, а не последних остатков ее самообладания! Тени за ее спиной возбужденно перешептывались и перемигивались, раздражая и мешая сосредоточиться. Хотелось заткнуть уши и кричать, кричать, как волк одиночка на луну, - она не сошла с ума, что вы. Просто так надо. Такие карты на руках, такой расклад, лишь мелочь треф и - пиковый валет пал жертвой червовой дамы. А от джокера помощи ждать не приходится. Он ведь тоже лишь марионетка, губы улыбаются, слова сочатся ядом, а в глубине глаз тихонько плещется отчаяние равнодушного серого цвета. Какой пассаж...
Какие искренние, незамутненные эмоции, настоящее пиршество для знатока человеской натуры. Даже жаль, что единственный их зритель - лишь безучастный гобелен. Изломанные черные силуэты на стене - не врут, наверное, первый раз в жизни - Кэлен видит, что это отражения их душ, их чувств. И словно в насмешку над ней - одна из теней растворяется, пропадает... Ну, что вы, никакой мистики, вы же в Хогварсте, - просто факел погас. Символично, да?

...Там, на холмах, поросших вереском...
...только розовая, лиловая, сиреневая даль без горизонта, щекочущая босые ноги... только золотистая патина безоблачного, вечновечернего неба, впитывающая в себя всё, принимающая всех... Достаточно одного шага... одного слова...
- Ты же выше всего этого... Неужели ты так и будешь терпеть?
Что тебе за дело до моих дел?!
- Др-рако. - Легкий грассирующе-французский звук, с садистским удовольствием отметить, что он понял намек. - Aquila non captat muscas*, не мне тебя учить... В конце концов, у тебя были учителя и получше. - Прямой укол, разворот ...серебряная полоска вдоль клинка вспыхивает и огненной нитью проходит сквозь лезвие вражеского меча... замереть, удержать на последнем вдохе острием в сердце - позиция несомненно располагающая к долгим, задушевным разговорам.

Вы с ней так похожи. Кэлен смотрит в серые глаза, рисует в них историю древнюю как мир. Принц с принцессой из разноцветной детской сказки на ночь. Только со временем краски стираются, оставляя лишь вычерненные контуры на пожелтевшей бумаге. Оставляя металический привкус во рту и кошмары в ночи. Принц и принцесса, белое платье и черная бабочка, клятвы до гроба и ледяная кровать. И жили они долго, и жили они счастливо, и умерли в один день. Только на разных континентах, с разницей в двадцать пять лет и под разными фамилиями. Знатная фамилия, древний род и щемящее одиночество. Как эти вещи идеально сочетаются в жизни. Девушка в мантии с зеленой нашивкой даже не подозревает насколько она права. Они ведь так похожи.

- Кэллен Малфой. Это звучит.
Поздно. Поздно менять свое имя и свою судьбу.
- Ты так трогательно заботишься о нас. - Скользнуть в сторону, потому что нет больше сил стоять без движения, без возможности ударить, услышать лязг стали, вгрызающейся в поверженного врага. Сделать всего один шаг. Только вот получилось очень символично. Этот шаг всего сантиметров на десять сделал ее дальше от Ричарда, но именно на это же расстояние она стала ближе к Малфою. - Может быть я даже пришлю тебе приглашение. На двоих. Тогда у тебя будет основание для твоих фонетических изысканий.
Пусть это все лишь ошибка, пусть. Это ее выбор, ее решение. И никто не должен знать, как хочется убежать, спрятаться под серым плащом, скрыться от колючих взглядов и ядовитых слов. Она не знает, почему до сих пор не сломалась, почему сейчас она улыбается так искренне, так беззаботно. Повернуться спиной к этой сладкой парочке и играть дальше.
- Сок... - Серебрянный смех рассыпается по коридору, отскакивает от стен и уносится эхом. - Ты меня поражаешь, Драко, неужели легендарные запасы огневиски подошли к концу?
Лукавый взгляд и нежная улыбка. Ведь у Судьбы получилось. Эксперимент удался.


* - Орел не ловит мух.

 Отправлено: 14.04.09 18:56. Заголовок: Вивьен обладала бурн..

Вивьен обладала бурным характером. Да, после лета он подвергся разительным переменам и сейчас мы наблюдаем совершенно другого человека, но, по сути, скелет ее «Я» остался тем же. И когда Ви. задают вопрос: «А разве от тебя нужно понимание?», она негодует. Более того, она бесится. Ее гнев выливается во вспышку, которая на секунду затягивает белой пеленой глаза, отключив мозг, но включив желание постоять на себя, которое в последнее время светит все ярче. После неудач на личном фронте Ви. могла доверять лишь себя, так как до нее, наконец, дошла простая истина: все мы эгоисты, не готовые достойно постоять за друга. Ведь она не раз сталкивалась с тем, что люди боятся бороться, боятся сказать что-то не так и соответственно попасть впросак, оказаться в глупом положение. Вив не была исключением, но вовремя умела забыть свои страхи и совершать порою необдуманные, но такие приятные, будоражащие кровь деяния. За подобные моменты можно платить много и наличными. Ей в какой-то мере не страшны были угрозы старших (отпечаток воспитания), она лично готова понести любое наказание, только не снимайте балов с Райвенкло! Да и по правде говоря, половина ее ляпов попросту оказывались безнаказанными.
-Ты хамло! – ничего более остроумного Вивьен придумать не смогла, может, сыграл тот факт, что она еще не в ярости? – Не воспитанная сволочь с замашками Короля. – И не секрет что именно таких любили все лица прекрасного пола. Потому что девушкам нравится, когда из служанок делают Цариц, а из Цариц служанок… и той и той каждая из нас наверняка была. Нам свойственно самобичевание. Любовь к унижению. Покорность. И не мудрено, что находятся вот такие вот Менги, считавшие себя в праве указывать женщинам на «место». С другой стороны оскорбление Вивьен минимум было не этично, а максимум провально. Она потеряла все надежды на восстановление дружеских отношений, и теперь им оставалось в конец рассориться. – Вдобавок, еще и не образован… - она злорадно усмехнулась. Ей доставляло особое удовольствие опускать людей мордой в грязь фразой о без культурных свиньях, так как себя она, конечно, считала более чем логичненькой и миленькой, а главное резвой на ум! Она всегда так делала, и скорее ради магического самоутвержденья. А глупцом могла назвать и самого отпетого батана!
Признаться Деваро уже самой становилось смешно, и она предпочла вновь быть серьезной. Тем более, в гремучей толпе школьников девушка уловила взгляд Щицуко. Ей стало не по себе. Ненависть, обращенную к Менгу, она приняла на свой счет. Ей не впервой становится третьим лишним, иногда это бывало нарочно, чаще почти случайно. И всегда в подобных ситуациях либо испытываешь гадкую радость по поводу не идеальности всех пар (ну об этом мы уже говорили), либо ощущенье, что тебя поймали на неворованном. Нужен ей этот молодой человек? В нем кожа да кости, ухватиться не за что! Он глубоко самолюбив, и на взгляд Вивьен, в его сердце нет места ни для кого, кроме как Менга Джианга, что она и собиралась ему сказать:
-Знаешь, как говорят: любовь зла, полюбишь и козла. Я очень хорошо понимаю Щицуко. – Она не просто хорошо понимала, она сама очутилась в столь же запутанном положение. Когда влюбляешься в парня, то всегда надеешься его изменить, облагородить, приютить у себя на итальянской груди, какой бы он скотиной не был. Черт, хорошо мужикам! Каждая девушка видит в них потенциального ребенка, готова кормить, поить и в случае чего массировать плечики. Другое дело, что от этого ребенка немало просят, но это уже проза. Однако после расставания с Ним, у Вивьен сложилось мнение, что мир делится на «любовь» и « нелюбовь». Либо вы пара и все прочее, а тогда извольте не ныть и не плакаться на плече у подруги, либо вы никто друг другу. Третьего не дано. Тогда оставался вопрос: что Ли и Джианг бесятся? Но в принципе, ее это не интересовала, благодарствуем, своих приключений в личной жизни хватило, чужих мы не требуем… Да, Деваро уже начинала скучать и мечтать о постели, в которой не будет назойливых хаффлпавцев, о нет!
-Ты составишь компанию в мою спальню? Я, конечно, понимаю, ты готов далеко пойти, - кстати, сейчас она мало что понимаю, так как мозги вольно дремали и уже были в спальне девочек Райвенкло, - Хотя, признаться, я была бы благодарна, если бы ты проводил меня до дверей, я не жажду экстренных ситуаций. Будь уверен, моя пятая точка не нуждается в приключеньях! – девушка усмехнулась и снова спряталась за Менга. Хоть он и худой, как щепка, но высок.

 Отправлено: 14.04.09 21:18. Заголовок: Звонкий смех Алии за..

Звонкий смех Алии заставил платинного блондина поморщиться так, будто бы кто-то со скрипом провел вилкой по неприлично дорогому и редкому фарфору. И пусть сам по себе голос, смех девушки были просто замечательными, но факт того, что она позволяла себе смеяться над Малфоем, будто тот был каким-нибудь посмешищем, действовал на Драко не хуже любого иного раздражителя. К тому же наблюдать за тем, как чистокровная слизеринка "сдувает пылинки" с плеча гриффиндорца, захватывает его кисть в свою крепкую хватку - делает все, что только возможно, дабы "пометить территорию", было мягко говоря занятием не из приятных. Проще было бы сразу вывести на лбу Ричарда клеймо "собственность Ледум".
Староста школы чуть склонил голову на бок, выжидая, когда его сокурсница перестанет тискать юношу, который, казалось, был вообще не приделе. Да разве его вообще можно было назвать юношей, если он мог так спокойно стоять и смотреть, как оскорбляют его подругу? Ну или по крайне мере ту, которая ей когда-то являлась.
- Разговоры перестают быть чужими, Алия, когда их выносят на всеобщее обозрение. - Выплюнул Малфой, который хоть и не спорил с тем, что отец его действительно плохо обучил нормам этикета, но тем не менее, как параноидальный сторонник определений, четких формулировок и прочего, мог с уверенностью заявить, что данная разборка в коридорах, уже как минимум пять минут назад стала общественной. - Поэтому мой вам совет: не хотите привлекать внимание - найдите место побезлюднее, а если нет - то миритесь с тем, что всегда найдется пара-тройка зрителей. - Сделав пару шагов назад, к окну, старшекурсник с невозмутимым лицом оперся на каменную стену, показывая тем самым, что идти своей дорогой и дальше он не собирается и что как минимум одного "любителя горячих шоу" они получили, а продолжи троица кричать еще громче - получает еще десяток таких.
Не для кого не было секретом, что чистокровные волшебники - наиболее склонны к сумасшествию, к странностям, нежели полукровки и магглорожденные. Возможно этому причиной были постоянные браки в тесных кругах, когда приходилось выходить чуть ли не за прямых родственников, что, собственно, не оставалось без последствий на генетическом уровне, которые могли повлиять, как на физическое уродство, так и на моральное, возможно сама "чистота крови" так сказывалась с самого детства на сознание бедняг, но тем не менее факт оставался фактом - большинство из них часто отклонялись от стандатных норм жизни и поведения. Вот и сейчас ловя на себе холодный взгляд Денны, слушая ее резкие полу-высказывания, Драко с каким-то безразличием еле сдержал рвущейся на ружу зевок. - Плетки, розги? - Юноша вопросительно приподнял аккуратную светлую бровь. - И это ты еще сравниваешь меня с животным? - Искренне усмехнулся блондин, который пусть и мог отвлечься на последующие слова слизеринки по поводу "кого же ему в жены выберет отец", но тем не менее предпочел заострить внимание только лишь на неудачном сравнение Ледум, ибо вопрос женитьбы был не тем, чтобы он хотел выносить на всеобщий суд. Но каждый развлекается по-своему: Алия предпочитает явный садизм и жестокие игры, Драко же будет получать наслаждение от более тихих и скрытых от людских глаз развлечений, будь то продуманная долготянущаяся манипуляция или молчаливое наблюдение за тем, как рушатся чужие жизни. Поэтому, не ему осуждать девушку, которая, по всей видимости, еще не нашла иной способ быть счастливой. Как, впрочем, и сам Драко.
Едва заметный взгляд в сторону Кэлен, такой обычно кидает матерый стратег, чтобы заранее рассчитать свои шансы либо на победу, либо на тихий отход. Что ж, Денна в чем-то облегчила выбор блондина, теперь ему не придется самому выбирать на сторону какой приятельницы встать, ибо та, которая со Слизерина предпочла занять стойкую позицию около Сайфера, не забыв кинуть в лапы Малфоя его, как оказалось союзника в лице рейвенкловки. Ну что ж, Кэлен, так Кэлен, и пусть коготки у нее поменьше, но возможно язык окажется поострее.
- В чем-то ты права... - Задумчиво протянул Драко, обращая свой взор снова на агрессивную барышню. - ...мой отец скорее остановится на ней... - Кивок в сторону Амнелл. - ...нежели на той, которая предпочитает заявлять о себе под средством насилия, резкости и скандалов. Дурная слава никогда еще не красила дам.
А тем временем и Кэлен решила сделать свой ход, на шаг приблизившись к блондину. Мило. Двое на двое - более идеального расклада для хорошей хогвартской ссоры придумать и нельзя. Подыгрывая словам Алии, девушка видимо решила вскользь примерить на себя шкуру невесты Малфоя, тем самым играя на нервах у еще одного представителя всего этого спектакля. У Ричарда, который по всей видимости вообще лишился рассудка. Драко сам был не прочь произвести иной раз впечатление на публику, устроить шоу, отмочить какой-нибудь номер, но он всегда знал грань между "хорошей игрой" и "безвкусным выпендрежем". Собственно, о втором сейчас и пойдет речь. Что в данный момент хотел доказать гриффиндорец? Что он все-таки умеет говорить, что он в доме хозяин или что он не позволит дергать себя за ниточки? А может всего лишь то, что он очередной запутавшийся идиот?
- И когда вашему Сайферу засунули английский флаг в задницу? - Этот по сути риторический вопрос был задан Кэлен, когда наш "герой" решил показать всем проходящим мимо зевакам, что он взрослый мальчик и способен целоваться. Вот только поцелуи до крови... еще одно варварство, непонятное слизеринскому принцу. Но что еще ему было непонятно, так какого черта Ричард начал вести себя как последний скот перед девушками, с которыми его связывала история. Ладно Малфой - скотина еще та, но он же гриффиндорец, по идее доблестный и смелый, а складывается ощущение, что распределительная шляпа немного ошиблась факультетом на первом курсе. - Мой конь? - Усмехнулся ловец, удивляясь, как ему раньше в голову не пришла идея перенести в Хогвартс одну из своих лошадей, дабы у домовых эльфов прибавилось работы, а у Филча - поубавилось нервов. - Так он снаружи, ждет, пока кто-нибудь вроде тебя, почистит ему подковы. А что касается спасения... - Окинув оценивающим взглядом брюнета с головы до ног, аристократ продолжил. - ...как раз-таки спасать надо не дам, а того, кто забыл свое место в этом мире.
Поймав летящую по направлению к нему фляжку, Малфой поморщившись поставил ее на подоконник рядом с собой, даже не собираясь отпивать напиток. - За кого ты меня принимаешь, Сайфер? Думаешь, я стану отпивать из одной фляги с тобой после всех ваших кровавых поцелуев?! Хм... Салазар свидетель, я скорее удавлюсь от жажды, нежели пойду на такую "жертву".
Ну что, Ричард, исчерпал свои "фокусы"? А ты, Алия, получила обратный удар от своего преданного гриффиндорца? Драко даже готов был разорваться, не в силах определиться, что ему по вкусу больше: то, как несклонимую Ледум ставят на место, как грязнокровный гриффиндорец пытается изо всех сил показать, что и у него есть имя, или то, как относительно спокойно все сглатывает Амнелл? Хотя особой радости по поводу последней Малфой не испытывал, ибо в голове невольно появилась аналогия с Эстель, которая так же полчаса назад испытала на себе удар судьбы.
- Иди сюда. - Юный пожиратель, взял рейвенкловку за кисть и притянул в свою сторону. Все так же опираясь на каменную стену, юноша склонился над ухом брюнетки. - Какого лешего ты позволяешь так с собой обращаться? - Прошептал староста школы так, что было слышно только Кэлен. - Эти оба только что вытерли об тебя ноги. - Продолжал он подливать масла в огонь, одной рукой обхватив девушку за талию, а другой так и продолжая удерживать ее за запястье. Со стороны все так и выглядело, будто бы старшекурсник что-то усиленно нашептывал на ушко даме. - Твой ход, дорогая. Или ты даешь им отпор, или мне все это ужасно наскучивает и я иду своей дорогой. - По сути обозначая совсем не хитрый ультиматум, юный пожиратель просто напросто пытался подтолкнуть и Амнелл на отчаянные действия, а иначе все это ему скоро наскучит, и придется снова возвращаться к своим собственным чертовым проблемам.

 Отправлено: 17.04.09 19:18. Заголовок: Нежность обязательно..

Нежность обязательно станет болью.

Он искал ее. Лихорадочно, словно поиск - это его навящивая идея. Словно, не выполнив поставленную цель, весь мир для него пропадет. Испариться, уничтожится, перестанет существовать. Трагично, но это реальность. Пикс не нашел ее. Не увидел капну ее медных волос на трибунах среди болельщиков Слизерина. И все же, гриффиндорец не переставал держать внутри долю надежды. Что вот... Совсем скоро, как только он зайдет за угол... Он вновь столкнется с ее гневным взглядом, с ее тонкими губами, с ее румянцем. Он вновь почувствует ее запах... Запах миндаля и конфет. Тех самых, которые она слала ему раньше. Тех самых, равносильных для Джимми с тонкой ниточкой, связывающей его и Вирджинию Сельвин. Наконец этот поворот. Этот желанный угол и последняя бессмысленная надежда...
- Ооо, Джимми! - Шицуко. Его мечтам опять суждено разбиться в дребезги на сотни мелких кусочков, чтобы каждый день напоминать о том, что когда-то она существовала. Мисс Ли была кем-то прижата к стене. Знаете, Пикс ведь джентльмен... Однако сейчас юноше хотелось поскорее скрыться от раскосых глаз китаянки, дабы та больше не кричала его имени. не звала. Почему? Потому, что на ее месте могла бы быть Джинджер. Она могла бы позвать Джима, и тогда счастью шестикурсника не было бы предела. Гриффиндорец нервно дернулся и изобразил жалкое подобие кивка в знак приветствия. Парень запихнул руки в карманы толстовки и поспешил по коридору, скорее в гостиную, где его уже никто не тронет. Никто не побеспокоит, никто не одернет, никто не помешает вернуться в прошлое и продолжить жить в воспоминаниях. Таких приятных, таких необходимых сейчас Джимми... - Ты ведь пришел сюда один? - Шицу не унималась. Было видно невооруженным взглядом, она не отстанет теперь от юноши, которого встретила совершенно случайно. Плевать, что на данный момент вести беседу с кем-либо (ну, кроме отдельных личностей, разумеется. Даже, личности). Плевать на то, что он попытался проигнорировать два ее первых обращения. Метиска в этом плане всегда являлась жуткой эгоисткой.
- Один. - отрезал Пикс, все-таки соизволил остановиться перед брюнеткой. С другой стороны, его невоспитанность была бы чересчур открытой, если бы он обошел девушку и продолжил путь к портрету Полной Дамы. К тому же, этот ее вопрос в который раз натолкнул его на воспоминания. На образ слизеринки и на то, что так оно и есть. Он действительно один. И будет оставаться таковым еще долгое время.
- Почему ты все время оглядываешься?
- Мне время от времени нужно противоядие.
- От чего?
- От твоей рожи. - приятные моменты жизни. Приятные мгновения, проведенные с Джин. Приятные слова, услышанные от нее. Мерлин, да Джим ни за какие галлеоны не сотрет эти гребаные моменты из своей памяти, пусть они постоянно заставляют гриффиндорца бить стены в спальне факультета. Да, он стал нервным после общения с этой невыносимой особой. О, Дамблдор, как же эта девчонка его достала со своим неразборчивым отношением к нему же. То приступы непонятной нежности, то всплески грубости и жестокости. То слезы, проливаемые ему на плечо. Будет трудно не согласиться, Пикс в какой-то мере мазохист.
- Тебя до гостиной проводить? - сделав глубокий вздох, поинтересовался юноша у Шицуко. Он все же оторвал взгляд от пола и поднял глаза на рейвенкловку в ожидании ответа. Несмотря на то, что приятелей Ши, скорее всего, на этот момент по коридору проходит множество, ей захотелось резко именно Пикса. Нет, не в этом смысле... Хотя, кто знает.

Скрытый текст

Наконец, я родила пост. Ко всему прочему, только сейчас узнала, что любовь Пикса удалили. Шицу, бедный он и несчастный

 Отправлено: 18.04.09 03:28. Заголовок: да я жестока, да я х..

Скрытый текст

да я жестока.

Тонкие полоски веточек, длинные листики понуро смотрели вниз. Денна глядела в небо, через мозаику под плакучей ивой. В руках её был томик Дюма, загнутые страницы потрёпанные временем. Рука проводит по шероховатой поверхности переплёта, прислонить к носу и повеет запахом апельсинов. На страницах мелким почерком написаны заметки и нарисованны улыбки. Полуденное солнце припекает голову, но холодный много вековой камень ступень перед скамейкой даёт какой то баланс в этот жаркий день. Тихо льёться вода, клокочат стрекозы пролетая над головой девочки. Из далека слышны радостные голоса, крики и смех детей. По зелёному ковру травы к ней направляются два человека. Высокий молодой мужчина и такая же как она, маленькая девочка.
- Кэл, ты можешь посидеть тут. Познакомься это Алия.
Белокурое создание любопытно смотрит на малышку, обе девочки одного возраста. Не более десяти. Та садится рядом и деловито достаёт книжку. Мельком расматривая книгу в руках Ледум. Блондинка стискивает книгу как самое дорогое что у неё есть, черное платице из парчи так не уместно для резвых игр в летний день, скрипит. У незнакомой брюнетки лёгкое белое хлопчатое платье, ей оно очень идёт. Подчеркивает сочный кофейный цвет волос и яркие умные синие глаза.
Они сидят тихо, но через несколько минут обоих берет любопытство и они расмеявшись спрашивают одновременно.
- А что ты читаешь? - два тихих голоса, один как змеиное шипинее другой как шелест ветра. Обе краснеют и блондинка показывает обложку.
- Ты наверно не знаешь его, он маггл. - робко, неуверенно протягивает Кэл книжку.
Амнелл открывает первую страницу, фотокарточка молодой женщины выпадает на землю. Она её быстро ловит, и аккуратно как все вежливые леди кладёт в конец книги. Замечая неуловимо как соседка напрягается.
- Знаю, - коротко но дружелюбно говорит брюнетка и с интересом расматривает мелкий почерк и милые рожицы. - А это ты писала? Ты знаешь что в книгах писать не хорошо?
- Это моя мама, - доверительно расказывает Денна вдруг ей так понравившейся девочке. Она видела её сегодня утром, когда их всех привезли на встречу кого то, кого то. Остальные дети вели себя так словно знали друг друга с самого ранего детства. Только не Денна, она не знала никого. И когда взрослые оставили их наедине с друг другом, она быстро убежала в самое тихое место сада.
- У неё красивый почерк. - проницательные глаза Кэллен ловят каждый ньюанс, словно бы понимала что дотрунулась до какого то секрета, - это она? - показывает она на снимок касаясь пальцами края фотографии.
- Да. Правда она красивая? -
- Правда, вы очень похожи.
Ледум улыбается, и спрашивает о книге что читает Амнелл. Это тоже оказывается книга про приключения. Они на перебой обсуждают то Дартаньяна и его друзей, то королеву Бренвен.
К концу дня им кажется что они знают друг друга очень хорошо, за ними идёт всё тот же молодой человек.
Всех собирают в одном месте, детей забирают по домам. Брюнетка величествено садиться на самое видное место, ведя себя точно принцесса среди своих рабов. Она тянет Ледум за собой, впервые девчушка чувствует себя кому то нужной. Она кусает губы и теребит пальцами корешок книги. Когда дети начинают уезжать, многие подходят к Кэллен, та вежливо улыбается, кого то обнимает. Мнёться перед блондином, пожимает ему руку нежели кидаеться в объятья. Румянец выдаёт её. И всё же увлеченная разговором с Денной продолжает расказывать про семейные легенды. Денна внимает каждое слово, с интересом. И твердо решает для себя попытаться стать другом Кэл. Ей так интерестно и необычно найти собеседника. С каждой секундой она чувствует что они похожи, вот они остались последними в огромном залу. Уже за шесть, Кэллен слишком воспитанна чтоб показывать своё беспокойство. Её родители никогда так не опаздывали, и хотя Ледум ей нравилась, но продолжать знакомство она не планировала.
Поскольку таких как она за свои сознательные года она видела перевидела. И дружила с очень узким кругом людей. Её немного смущало с каким интересом слушает её Ледум. Ведь все и так знали о её древном роде, что тут может быть нового.
- А твоя мама когда приедет? - спросила Кэл поправляя юбку.
С лица Ледум уходит улыбка, она тупит взгляд и сдерживает себя чтоб не заплакать.
- Она никогда не преедет она умерла. - признаёться блондинка в чём то очень личном. Непрошеные слёзы текут по лицу. Ситуация становится неудобной, и славу богу вдруг врываются в залу родители Амнелл. Девочка счастливо бежит в объятья очень весёлых людей.
- Извини нас золотце, - те обнимают её и уводят с собой.
Кэл подбирает сумочку и на секунду останавливается и отдаёт свою книгу Ледум, ей жалко её. Но ничего более она не может ей сказать.
- Мы ведь ещё увидимся? - боязливо спрашивает Алия, боясь услышать нет, боясь поднять взгляд, стесняясь саму себя.
- Обязательно.

В тот день отец забыл её как и раньше. Он всегда её забывал. Было уже давно за полночь, когда служба временого детского сада нашли её папу. Он не хотя приплёлся и забрал Денну домой. Проходили дни, она думала Амнелл приедет к ней и заберёт книгу. Но как и раньше до неё не кому не было дела. Когда она пошла в школу, она ещё лелеяла ту мечту что там где то у неё будет друг, но когда Амнелл не узнала её. Любые мечты девчонки были полностью разбиты. В тот день она чувствовала себя глубоко несчастной, ей хотелось плакать. Но она не знала почему ей вдруг захотелось быть Кэллен. Потом уже она поняла что это потому что её любили. Любили родители, любили люди что были в округ неё. Носились с ней и обожали. Тогда ещё на первом курсе, Денна возненавидела Амнелл. И вот сейчас стоя между ней и Ричардом она чувствовала себя наконец выйгравшей. Не смотря на то что Ричард из марионетки стал кукловодом, и как он повёл себя с Амнелл, впервые Денна выйграла какую то малую партию со своим я.
Со временем воспоминания о детсве стерлись, как и потускнели чернила на томике матери. Из того робкого, доброго и тихого ребёнка девушка выросла и превратилась в монстра. Всё что было в ней хорошего это её избирательная благородность, и то что вызвал в ней Ричард. Её прошлое не оправдывала её жестокость, её садизм, её наглость. Память и прошлое это лишь платформа, кого то любят, а кого то нет. Со временем стерлось всё, и даже тот день. Зависть переросла в ненависть. А ненависть сожгла память.

***
- Денна! Скажи мне, пожалуйста. Я давал тебе разрешение играть с собой?
Его пальцы властно сжимают подбородок, он делал это раньше. Но раньше он делал это без свидетелей. Денна почувствовала себя уязвлёной, но всего лишь на секунду. В её глазах мелькает страх, словно сейчас он уйдёт от неё. Навсегда. Ей хочется умереть прям там, она готова сказать эти проклятые три слова, только чтоб он остался с ней. Ей снова страшно, и хочется бежать.
- По твоему молчанию, я смею догадаться, что разрешения у тебя не было! Тогда, как ты посмела использовать меня в своих целях? - странное ощущение когда боль граничет с удовольствием, она его раба. Он знает это и без доказательства её слов. Они хозяева и рабы друг друга, страх отступает. С такой же волной как и его приход.
- Ты ведь больше так не будешь? Хорошая девочка, схватываешь всё на лету.- И снова поцелуй. Как она могла в нём сомневаться. Она никогда не будет сомневаться в нём. Сладкая кровь льёться тонкой струйкой по подбородку, губы саднит но жар от его поцелуя снова бурлит в ней. Столько раз это уже было, но снова и снова ощущения как от огня, как от самого мощного наркотика. Ей хочется петь и быть с ним рядом. It feels so right, even if it is so wrong. Он продолжает свой разговор с Малфоем и Кэллен. Она как в дымке или в трансе наблюдает за ним, чувство гордости поднимается всё выше и выше. Он её ученик, и она его ученица. Он её повелитель и она его госпожа. Что то меняется в ней, этому нельзя найти слова. Но до конца она будет с ним. Он не встал на защиту Амнелл, он выбрал её. Её впервые кто то выбрал. Через дымку послышались слова Амнелл.
- Ты так трогательно заботишься о нас.
А затем и Драко.
...мой отец скорее остановится на ней, нежели на той, которая предпочитает заявлять о себе под средством насилия, резкости и скандалов. Дурная слава никогда еще не красила дам.
Денна фыркнула закатив глаза и подойдя ближе к Сайферу.
- О бог мой, Мерлин. О тебе принцесса только заботиться остаёться, о себе позаботится ты вряд ли сможешь. - всё это время её зелёные глаза изучали лицо Малфоя, она снова улыбнулась, смеясь над Драко.
- Какая честь, - театрально взмахнула ресницами Денна, - меня могли отдать в жены самому Драко Малфою! А оно мне надо?
- Миледи Амнелл, я не думал, что удостоюсь такой чести присутствовать на вашей свадьбе, в любом качестве… А ваши родичи не натравят на меня собак, натасканных рвать глотки грязнокровкам? Было бы невежливо забрызгать Ваше подвенечное платье своей смрадной кровью… - каждое слово Ричарда было сказанно с удовольствием, ему нравилось причинять боль так же как и ей. И нет со мнений что Кэллен была растроенна. Шесть лет дружбы не проходят не для кого пустым следом. И снова этот прилив гордости к её Ричарду. Ещё один шаг. Она должна извинится перед ним, тогда на пирсе, она не сказала ему самого важного. А он продолжил играть по её правилам. И вот сейчас он стоял на перекрёстки судьбы. И на перекрёстки он выбирал её. По крайней мере он жестко бил Амнелл.
Возникло ощущение один неверный шаг от Малфоя и её Ричард двинет Слизеринцу в челюсть. Тогда уж и её будет трудно остановить, хищно посмотрев на Амнелл она молчала, подчиняясь воли Ричарда. Отдавая ему полностью свою судьбу. Готовая кинутся в бой от малейшего щелчка его руки. Шахматы, белое и черное. Черное и белое. А может в этом мире на одну черную фигуру стало больше.

 Отправлено: 18.04.09 18:27. Заголовок: Shadows dance outsid..

Shadows dance outside her window
Tears keep falling on the floor
As the world around her crumbles

Что может быть хуже и больнее, чем приступ тошнотворного отвращения к человеку, которого ты считала светлым и неспособным на мерзости? В широкораскрытых глазах плещется шок и удивление. Как? Как он может так вести себя? Как он может опуститься до такого откровенного рукоприкладства? Кэлен неверяще покачала головой. В глазах блондинки же светилось ... удовольствие? Неужели она не знала его настоящего? В неверном свете факелов такие теплые карие глаза сверкали холодным светом отчуждения. Неожиданное озарение, от которого на несколько секунд остановилось сердце - ему же это ... нравится. Голова кружится, неоспоримая правда впивается в виски и бьет наотмаш. Колени подгибаются, но нельзя показывать свою слабость. Никогда, ни за что, она слишком гордится своей фамилией и своим родом. Принцесса Гвинедда не будет унижаться перед этим, этим лжецом. Волк в овечьей шкуре, обнаживший свой оскал. Поохотимся?
Вот когда пригодилось домашнее воспитание, оказывается ее учили хорошим манерам, чтобы в семнадцать лет она смогла презрительно и равнодушно улыбнуться человеку, станцевавшему зажигательный танец на обломках ее души. Души, потому что сердца у нее уже нет. Вашими стараниями, кстати, господа. Только вот она еще не определилась - хорошо это или плохо.

If you wanna save her
Then first you'll have to save yourself
If you wanna free her from the hurt
Then don't do it with your pain

Тени кружатся в хищном танце вокруг замерших в напряженных позах волшебников, а спектакль Судьбы лишь продолжается. Прекрасный принц в очередной раз подтверждает свою истинную сущность злого гения. Кэлен еще с детства прекрасно помнила, как непринужденно и изящно он умел причинять боль, сейчас же его искусство возросло в разы. Банальному Круцио было впору удавиться от зависти, ведь слова гораздо сокрушительнее, особенно в умелых руках. Где-то на перефирии сознания мелькнула мысль, что из Драко получился достойный представитель клана Малфоев. Люциус может по праву им гордиться, так может черкнуть ему пару хвалебных строк? Пусть порадуется за наследника. Амнелл подавилась нервным смехом, удачно замаскировав его под небрежный зевок. Как она может думать о генах белокурой слизеринской бестии, когда по всем законам жанра ей надо сейчас ломать руки и выкручивать пальцы? Если не себе, то хотя бы обидчикам.

Don't show her you're afraid
Cause your circle of fear is the same

- Собак? Эти благородные животные достойны лучшей пищи. К тому же кровь предателей, говорят, ядовита. Не хотелось бы подвергать их лишней опасности. - Оказывается, бить в ответ просто. Глядя в эти жестокие глаза, легко забыть того мальчика, который спасал ее от злобного Филча, безропотно носил тяжелые учебники из библотеки и закидывал снежками во время походов в Хогсмид. Разрушать так легко. Удар, еще удар, какое изысканное самоубийство, жаль, что оценить его могут только тени за ее спиной.

Безжалостное, равнодушное лицо Ричарда, примерявшего на себя одну из любимых масок Малфоя, просто несознающего этого. Кэлен смеется над собой - она всегда влюблялась не в тех. Судьба видимо такая. Не везет ни в карты, ни в любви.

Love can be as cold as grave
A one way ticket to endless summon
An empire of gentle hate
Today without tomorrow

Волна жаркой ненависти грозила смыть последние остатки ее самоконтроля. Жгучая гордость и обида. Непонимание и чувство оскорбленного, униженного достоинства. Да как он посмел? И пусть никто не знал, сколько неотправленных писем она написала ему, сколько бессонных ночей провела в переживаниях за него, сколько раз просыпалась жаркими летними ночами от страха за его жизнь. А он даже не вспомнил про нее. Почему-то именно сейчас эта мысль ярко вспыхнула в ее сознании. Кэлен стало страшно, - неужели она хотела подарить этому человеку себя? Переступить через свое я, забыть все, чему ее учили, предать свою семью, свои ценности. И все это она хотела сложить к его ногам? Горло стиснуло удавкой слез, но плакать она будет потом. Потом, когда отомстит. Девушка с трудом подавила в себе желание сбежать, просто отвернуться от этих торжествующих глаз Ледум, от жестокости, исказившей такие знакомые, такие родные черты Ричарда. Прохладная мужская ладонь крепко сжала запястье Амнелл. Холодные пальцы чуть остудили пожар в ее крови, вернули ощущение земли под ногами. От Драко пахло горькими травами ее родных вересковых пустошей и это лишь добавляло сюрреалистичности происходящему. Теплое дыхание щекотало порозовевшее ушко, а вкрадчивый голос - нервы. "Дорогая.." Слишком дорогая для того, чтобы с ней так играла Судьба. Улыбка, обнажившая белоснежные зубки, была милой и обаятельной, но почему-то вызывала стойкую ассоциацию с оскалом волчицы. Беззастенчиво прильнув к Малфою, Кэлен хозяйским движением стряхнула с его плеча несуществующую пылинку.
- Разумеется, дор-рогой, ты прав. Как всегда. - Низкий, поставленный голос девушки хорошо слышен, хотя она и делает вид, что говорит нежным шепотом, предназначенным только для ушей слизеринца. И Амнелл прекрасно знает, что издевательские нотки в обращении сможет оценить только Малфой. - Однако, не думаю, что тебе грозит скука. Поскольку сам видишь - цирк только начался. Выступление жонглеров, - небрежный жест в сторону злосчастной фляжки, - мы уже оценили. Укрощение диких зверей, - пренебрежительный кивок в сторону Алии, каштановый шелк закрывает большую часть лица, - тоже. Что же там еще осталось в запасе? Клоунада? Пантомима? Может быть распиливание на части? - С каждым словом голос Кэлен набирает силу, его нельзя пропустить мимо ушей, от этого властного голоса нельзя отмахнуться. Это интонации юной королевны, привыкшей повелевать. - Ах... Как же я могла забыть про змей. Мне жаль тебя, Алия, так кажется тебя зовут, да? Ты просто маленькая, несчастная злючка, которой достаются только побои и унижение.

The circle of hate
The circle of death
Your circle of fear is the same

 Отправлено: 19.04.09 11:56. Заголовок: Драко с казалось уже..

Драко с казалось уже въевшимся в него безразличием наблюдал за впереди стоящей парой. Эмоции, действия стремительным потоком развивались прямо перед его носом, но было ли блондину до этого хоть какое-то дело? Вникал ли он в шипение Денны или усмешки Ричарда, который, казалось, запутался еще больше аристократа в этом круговороте, зовущемся жизнью? Увы, но нет. Как будто кто-то ставил спектакль перед глазами юного пожирателя, но забыл включить звук. Вернее отключил его после первого акта, ибо все последующие обещали быть точными, ничего не предвещающими копиями. А посему, как только Сайфер стер еле заметные капли крови, с губ Алии, как только та, снова начала отвешивать очередные "шуточки" про свадьбу, а гриффиндорец опять припомнил лошадь - слизеринец пришел к невеселому выводу, что пластинку начинает заедать и пора покидать эту "горячую точку". И лишь зажатая в его руке миниатюрная ладошка Кэлен, издевательские нотки в ее голосе и теплота ее тела остановили юношу от того, чтобы просто не развернуться и не уйти не сказав больше ни слова.
- Да, цирк только начался... - Равнодушно вздохнул старшекурсник, подтверждая слова рейвенкловки, которая была права на все сто процентов: цирк начался, но вот когда он закончится? Ричард попал под влияние Ледум, которая просто так не отпускает своих "жертв", уж Малфой это знал лучше любого другого, проучившись с девушкой бок-о-бок на одном факультете шесть с половиной лет. Хотя не Сайфер - так найдется какой-нибудь другой щенок, которого блондинка решит "перевоспитать" и подстроить под свой ритм жизни. И у этого "щенка" так же будут те родные люди, которые с болью в глазах станут наблюдать за своей потерей, как это в данный момент делала Амнелл. А чужая боль - это как раз то, что Драко нужно было в данный момент: осознание того, что не один он ходит по этой земле с разрывающимся сердцем, не одному ему плохо и противно.
Еле заметно улыбнувшись, юноша взглянул на Кэл. Казалось порция тепла прошлась по всему телу блондина, впервые заполнив ту пустоту, которая образовалась после прибывания в Поместье. Но увы это самое тепло не являлось отражением чего-то светлого и чистого - это была лишь реакция на чужое страдание. Именно этому улыбался секунду назад аристократ, заглядывая в синие глаза девушки, и именно этим он привык жить и наслаждаться год от года, пока не встретил Арден, которая показала ему иной смысл жизни, иное счастье и иные идеалы. Но, увы, эта глава жизни юного пожирателя оказалась короче, чем он рассчитывал, болезненные попытки измениться, по всей видимости, потерпели крах, а прежний Малфой так и рвался наружу, во все горло заявляя, что так будет лучше и самое главное - проще. И вот сейчас до Драко доносились отдельные фразы Амнелл, которая пыталась достойно противостоять своим обидчикам, которая взвалила на себя роль не по силам и которая явно нуждалась в поддержке, ну или по крайне мере псевдо-подержке. Рейвенкловка могла и дальше кидаться язвительными комментариями по поводу цирка и его представителей, но вот был ли в этом смысл? Был конечно, если все четверо захотят переночевать в коридорах, до утра отбивая подачи друг друга, из последних сил все больше опуская своего противника в грязь и не замечая, что сами в этой грязи уже по горло.
А ведь что лучше любых фраз и действий злит, выводит из себя и заставляет нервничать? Когда ни на тебя, ни на твои слова или попытки задеть за живое не обращают внимания, игнорируют, смотрят насквозь, будто бы не замечая. Опять же, именно Эстель научила этому слизеринского принца, который пять лет изводил француженку, часто натыкаясь лишь на холодное безразличие с ее стороны. И именно поэтому он никогда, вплоть до ноября не оставлял свои попытки усложнить ей жизнь. Салазар был свидетелем, насколько выводило юношу апатичное игнорирование Арден, ее молчаливые ответы и фразочки на французском. Зато на своей же шкуре сорванец убедился в эффективности данного метода. И что мешало ему применить его в данном случае? Да ничего не мешало. К тому же неужели Ледум думала, что сможет насмехаться над блондином, будто бы он являлся каким-то посмешищем? А Ричард? Да как этот вшивый гриффиндорец вообще мог заговорить с ним, с Драко Малфоем, будто бы тот был ему ровней? Наивные. А ведь у юного пожирателя всегда было и будет что ответить, даже если в этом случае слова были лишними.
Не удостоив вниманием ни Дену, ни Сайфера, которым, по всей видимости, и так было наплевать на окружающих людей, аристократ в который раз чуть склонился над ушком Кэлен, прошептав лишь два слова: - Доверься мне.
Доверие - весьма хитрая вещь. Оно заставляет расслабиться, успокоиться, скинуть свои проблемы, дела на плечи другого человека и наивно ждать, полагая, что все будет хорошо, что тот, кто сказал эти два простых слова действительно решит все вопросы, укажет путь, поможет и спасет. Возможно. Но только не в том случае, если речь идет о Малфоях, которые из покон веков преследуют лишь цели личного характера. Амнелл нуждалась в отмщение, ей было просто необходимо достойно ответить Ричарду - по крайне мере, так рассуждал сам Драко, вечно исходящий из позиции "око за око, глаз за глаз". Что же надо было ловцу? Выкинуть француженку из головы. А ведь он уже мысленно составил список действий, которые ему в этом помогут. И хоть их нумерованность немного не совпала с тем, что происходило в данный момент, но никто не говорил, что очередность не меняется.
Все так же не отпуская руку рейвенкловки, напротив, сжимая ее лишь крепче, дабы брюнетка следовала за ним, староста школы отошел от стены, шаг за шагом приближаясь к напротивстоящей парочки. И надо заметить, Алия и Ричард вполне гармонично смотрелись вместе: отчаяннопытающаяся заглушить собственную боль, прикрыть детские травмы, под средством нездоровых увлечений чистокровная слизеринка и потерянный гриффиндорец, для которого данная блондинка стала проводником в тот мир, который бы он никогда и не увидел, если бы не она. Всего лишь секунда-другая и Драко с Кэл уже оставили этих обоих позади себя. Не оборачиваясь, не говоря ни слова, они все углублялись и углублялись в даль коридора, пока первый попавшийся поворот не скрыл их из вида. И только, когда оба завернули за угол, Малфой позволил себе еле заметно выдохнуть и взглянуть на свою спутницу. Он мог лишь догадываться насколько тяжело далась ей эта "дорога", которая оставила позади то, что уже не вернешь, сожгла мосты, которые уже не починишь. Молча вышагивая по просторам Хогвартса, слизеринец выдерживал лишь ему одному известное направление, терпеливо дожидаясь пока Амнелл переведет дух и первая разорвет глухую тишину.
Считав наивными глупцами всех окружающих его людей, юноша даже не подозревал насколько он сам был наивен, насколько заблуждался. Ведь он действительно полагал, что, чем сильнее будут попытки подавить то, что разбудила в нем француженка, тем оперативнее будет результат...


[оба студента покинули Коридоры]

 Отправлено: 19.04.09 12:45. Заголовок: - Ты никогда не забо..

- Ты никогда не заботился о своем брате. Зачем же мне заботиться о тебе? Пойми, что Аранг очень слабый ребенок и от того, что ты всячески пытаешь ему доказать давно доказанное, глупо. Он прекрасно понимает, что я и твоя мать. Но почему ты все время делаешь все по-своему? Это плохая основа для будущего крепкого и стойкого характера. Ты не закалишь силу, измываясь над Арангом. Что он сделал тебе? Не вижу ничего ужасного. Ты не защищаешь его в школе, позволяя избивать... Знаешь ли ты, что его могут и убить так? Ты это понимаешь, Амонг?! - на глазах Рео накатывали слезы. Женщина сомкнула свои пальцы на плечах сына и нагнулась к нему, чтобы смотреть в глаза. А что мальчик мог ответить? Что Аранг забрал? Ответ прост, мать. Она больше не играет с ним, не поет песни. Все, что она делает - она делает для слабого и больного сына, не для Менга. А понимает ли она хоть что-нибудь? Понимает ли, чего хочет Амонг? Ее старший сын всегда защищал брата, несмотря на свою ненависть к нему. Ведь его боялись все в округе. Он являлся кем-то вроде агрессивного и чрезвычайно опасного для общения. Так, по крайней мере, отзывались о нем учителя и родители детей. Так вот, Рео осознает, что Менг не в состоянии вечно ходить по пятам братцу, дабы того не трогали? Но разве это ее волнует? Ее больше заботит, что на теле ее Аранга найдена царапинка, чем то, что Амонг вновь пришел с синяком под глазом и с выбитым плечом. - Джианг мигом вышел из воспоминаний, как только резкий яркий свет вонзился в глаза. Парень поморщился от лучей, исходящих от светильников, однако шаг не амедлил и все с такой же уверенностью тащил за собой студентку.
"Ты хамло!" - эхом отдалось от стен. Глупо предположить, что это сравнение хоть как-то могло задеть Джианга. Следующие слова Вивьен, юноша будет вспоминать каждый день перед сном и засыпать с самодовольной улыбкой на губах, что, мол вот... Кто-то на свете есть, тот самый, прекрасно понимающий, чего Амонг пытается показать своим поведением. Ему слова девушки приятны и лестны. Но с другой стороны, с чего эта выскочка Деваро решила, что он необразован?
- Шицуко меня любит? - выпалил Менг и сильнее сдавил пальцы, которыми обхватил ладонь рейвенкловки. Сказать, что парень удивлен - ничего не сказать. Шок был высечен на его лице и стереть теперь его получиться не скоро. А последующее: "я ее очень хорошо понимаю"? Не означает ли это, что и Вив неровно дышит к хаффлпаффцу. Только это дыхание не извергает ненависть, а уже что-то более приятное самому тайванцу. И молодой человек прекрасно понимает девушек. Такой сексуальностью, какой обладает он, может похвастатся далеко не каждый десятый. Хотя, какой там десятый? Сотый. Конечно, в самовлюбленности Джиангу даст отпор не всякий. Намек на способность азиата зайти дальше спальни затронула какие-то надежды и вызвыла всплеск фантазии. Менг с интересом слушал Деваро. Точнее, пытался показать свой интерес. Логично, что в его далеко не светлой головушке копошились собственные тараканы и о чем-то усердно напоминали обладателю этой головы. Время от времени.
- Немаловероятно, - задумчиво проговорил Амонг и, пожав плечами, развернулся и пошел по коридору дальше, к гостиной Рейвенкло. Естественно, без мисс Ли не обошлось. Она уже успела избавиться от какого-то Виктуара и теперь пытается приложить максимум усилий по захвату внимания гриффиндорца.

 Отправлено: 24.04.09 01:30. Заголовок: Not long ago but far..

Not long ago but far away
A rainy winter's day
All her pain she kept inside
Could no longer hide
No cry for help
She killed herself
Both life & love could not be saved
She took them both to the grave

"Ах, деточка, черт тебя попутал..связаться с собственным же братом.."
После этой фразы дружба с Кодзи Ямамото была окончена. Шицуко была очень привязана к японцу и считала его чуть ли не единственным, кто способен понять ее бредовые идеи и совершенно нестандартные мысли, а кроме того даже допущен в сокровенную тайну девчонки. И, пожалуй, ничего и не изменилось в их отношениях, если бы не эта роковая фраза. Собственно, зачастую Шицу только притворялась безрассудной и чересчур эмоциональной особой : на самом же деле, это была достаточно остроумная и расчетливая девушка, которая знала, когда пустить жалостливую слезу, а когда и попрыгать вокруг растерянного собеседника и поиграть в маленькую Лолиту. Вот только было одно исключение по имени Коичи, при упоминании которого метиска в буквальном смысле теряла разум и в бешенстве пресекала любые разговоры относительно своего брата. И даже наличие общих интересов, жизненной позиции и привычек с Кодзи не помешало Шицуко послать его "в далекие глубины" и уйти, громко хлопнув дверью.
Вот только сейчас она начинала с непреодолимым отчаянием сознавать, как же чертовски прав был отвергнутый японец! Прошло три с половиной месяца. Ни весточки, ни маленького письмеца..За это время могла случиться целая эпопея, однако девушка не знала о своем брате ровным счетом ничего, с того самого момента, как судьба столкнула мисс Ли с Менгом Джиангом. Поначалу обезумевшая от беспокойства, она с детской наивностью полагала, что произошло что-то ужасное и поэтому Коичи всё никак не может дать о себе знать..Но как бы велика ни была боль и эмоциональный подрыв, в случае с Шицу холодный разум рано или поздно берет свое.
С ним не может случиться ничего дурного. Он аферист и ловкий наглец, которого даже самый пытливый и дотошный мракоборец не сможет даже учуять.
Напрашивался вывод, ранящий, обижающий и такой, в который не хотелось верить : брат позабыл о своей любимой младшей сестренке и полностью погрузился в свой мир, полный риска, приключений и беззакония. Но почему же тогда сейчас, только сейчас, ей не нашлось места в этом мире? Шицуко никогда не была добродушной и доверчивой девушкой, в каждой, пусть даже самой близкой подруге она видела десятую долю угрозы или возможности предать, а потому никому и никогда не доверяла всецело. Это мог бы быть кто угодно, но только не он...Только не человек, жизнь без которого казалась серой и тошнотворно-обманчивой.
Насмешливая маска медленно сползла с бледного лица азиатки, уступая место растерянности, опустошенности и тоски. Она не раз предавала, обманывала и оскорбляла, возможно, даже тех людей, которые относились к взбалмошной девчонке с незаслуженной искренностью и привязанностью. Но никогда нельзя наверняка быть готовым к тому, что и тебя предадут и покинут самые дорогие на этом свете люди. Судорожно сглотнув морозный воздух, который просачивался из микроскопических щелей оконных рам, метиска с неимоверным трудом поборола желание всхлипнуть или пустить хоть одну ничтожную слезинку. Если начать плакать сейчас, то остановиться будет невероятно сложно..потому что она всегда прятала собственные эмоции, будь то радость или печаль, обида или восхищение. Для таких людей всплеск эмоций всегда является чем-то, похожим на Цунами : поглощающим, неконтролируемым и опасным для окружающих.
Нельзя просто так сесть и расплакаться, как дитя неразумное! На что это будет похоже?
Но Шицуко и сам толком не заметила, как приземлилась на холодный подоконник полутемного коридора и принялась теребить в руках тонкую серебряную цепочку с изящным кулоном, которую сняла с шеи совсем недавно, опять же, не помня этого момента. Холодный ветер был сейчас как раз кстати, потому как он мгновенно освежал лицо, не позволяя соленой жидкости скатываться по щекам кривыми непропорциональными дорожками, да и красноту глаз снимал с завидной быстротой. Периодически шмыгая носом и звеня маленьким украшением, метиска так и сидела на одном месте, с несвойственным интересом разглядывая происходящее в противоположном окне, где группка восторженных гриффиндорок вручала друг другу рождественнские подарки, отчаянно жестикулируя и заключая друг друга в объятия.
Пожалуй, таким паршивым Рождество на памяти Ли не было уже давно..С того самого года, как умерла мать. Безумно хотелось выпить виски, который так привычно обжигает горло и позволяет обрести событиям чуть-чуть расплывчатую и облегчаящую окраску..Но даже отправиться на поиски напитка было сейчас слишком неинтересным занятием в мутных глазах измученной маленькой азиатки с не таким уж и ледяным сердцем, как думают многие.

Скрытый текст

это кошмар. конспект - зло, он съедает мозг.

 Отправлено: 24.04.09 19:19. Заголовок: I don't want a l..

цитата:

I don't want a lot for Christmas There's just one thing I need I don't care about the presents Underneath the Christmas tree I just want you for my own More than you could ever know Make my wish come true All I want for Christmas Is you... ©

Была холодная ясная ночь 24 декабря. Яркие звезды хорошо видны на иссиня-черном небе, и могло показаться, что если бы не большая круглая луна, освещающая замок своим таинственным бледным светом, то Хогвартс погрузился бы в кромешную тьму. Снег поблескивал на всем, что находилось за пределами теплой комнаты: на ветках голых деревьев, на тропинках, на крышах проходов – крупные хлопья весь день сыпались на землю, как будто желая преумножить количество осадков выпавших в уходящем рождественском году. Ох, как же этот самый снег манит сейчас выйти на улицу, слепить из себя увесистый крепкий снежок и запустить им в какого-нибудь зазевавшегося первокурсника… Вот оно настоящее волшебство природы, собранное в чарующем превосходстве этой долгожданной ночи – без всяких палочек, заклинаний и других магических приспособлений.
Берта сидела на подоконнике в общей гостиной, оперившись головой о холодное окно, и задумчиво смотрела куда-то в даль. Настроение было праздничное, спокойное, однако почему-то желания носиться по замку с широченной улыбкой и делиться своим настроем с другими студентами, не было. Что-то тяготило ее внутри и не давало никакого ощущения уходящего года, последнего рождественского года, который она проведет в Хогвартсе. Это самое «что-то» как будто норовило оставить ее в прошлом, не позволяя сдвинуться с места, заставив остаться на одной точке, в то время как злодейка-жизнь улепетывает куда подальше. И Роберта прекрасно знала, чем вызвано такое ощущение.
Прошло ровно 19 дней 56 минут 23 секунды с тех пор, как француженка в последний раз разговаривала с Симусом. Он открыто избегал ее все это время, постоянно отводил глаза, как будто стыдился того, что было между ними каких-то две с половиной недели назад. И девушка даже не пыталась что-то предпринять, потому что знала, что в этом нет никакого смысла. Он сам должен был со всем справиться, правда, она рассчитывала на то, что двух недель будет предостаточно. Да, Берта уже начинала скучать по глупым шуточкам Финнигана, по его доброй улыбке, по его мимолетным прикосновением и постоянному вниманию. Она скучала по нему и все больше и больше думала о нем: на уроках, на переменах, во время обедов – совершенно забывая об окружающих. Джинни и Гермиона даже уже начали волноваться за подругу – настолько спокойной и задумчивой де Монгатье еще никогда не была. Где ее постоянный звонкий смех во время завтрака, где этот живой блеск в глазах, ну а где же ее любимая поза «руки-в-боки» и профессиональный замах для подзатыльника? Все это ушло вместе с ним.
- Как бы я хотела встретиться с ним под омелой!..
Чересчур громкое шушуканье четверокурсниц с Гриффиндора отвлекло Берту и заставило холодно покоситься в сторону девушек. Вся эта мечтательная болтовня сейчас казалась ей настолько бессмысленной, что невольно вызывала ироничную улыбку. Она никогда не была такой, как эти гриффиндорки, никогда не строила планов по завоеванию сердца, а просто действовала так, как ей приходило в голову. Что ж, может быть, в этом-то и была ее ошибка, ведь сейчас складывалось такое ощущение, что все стало только хуже. Настолько, что в душе становиться невыносимо.
- … нет, Эмили, ты не понимаешь, он мой идеал! Такой добрый, милый… мы созданы друг для друга!
Бедная, маленькая наивная девочка! Даже жалко ее как-то. Вот она сейчас думает, что однажды за ней прискачет прекрасный принц на белом коне, изменит ее жизнь, внеся в нее счастье, и они навеки веков будут вместе, не зная ничего, кроме своей безграничной любви… Ох, как же красива эта восхитительная сказка.
Жаль, она скоро поймет, что в жизни не всегда бывает так, как она себе представляет…
Берта усмехнулась и поежилась. Она снова почувствовала, как ее невольно пробирает дрожь, поскольку сидеть у окна все же было слишком холодно – на улице было не менее -10 градусов. Наконец, она полностью вышла из своего задумчивого состояния, и мир начал принимать свои привычные очертания: вот и огромная елка в середине комнаты, украшенная волшебными игрушками, вот и ученики, возбужденные предстоящим праздником – шум и гам наполнили помещение, бесцеремонно вырвав гриффиндорку из своих крайне важных раздумий. Она слегка поморщила носик и, не хотя, сползла с подоконника, на котором просидела добрую половину дня. Что ж, смотреть на этот замечательный пейзаж было приятно, но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Девушка, не спеша, прошествовала по комнате и расположилась в своем излюбленном кресле у камина, поджав под себя ноги и смотря на огонь.
Как я хочу его увидеть. Как хочу наконец с ним поговорить, выяснить, что вообще происходит, чего от него ожидать и ждать ли вообще. Я уже перестаю понимать, что и почему. Господи, зачем я вообще начала все это, зачем все так резко изменила? Как я начинаю жалеть, как начинаю по нему скучать… Эти две недели потихоньку разрушали меня изнутри. Я с ума схожу, ей богу. Я не понимаю, чего он боится. Изменений? Черт возьми, что-то я не видела, чтобы он особо сопротивлялся, когда я его обнимала и целовала… Он сам в любви признавался, а сейчас ведет себя как маленький, пытаясь сбежать от ответственности. Господи, что же будет, когда я скажу ему, что отец выбрал для меня жениха?! – девушка закусила губу и слегка сползла с кресла. – Я с ума сойду без него. Я уже не чувствую в себе жизни, ведь он всегда на меня так положительно влиял… Что же мне делать, ведь я так хочу просто даже с ним поговорить, о большем и просить не смею…
- У магглов есть суеверие, что с человеком, которого ты поцелуешь в Рождество ровно в полночь, ты не расстанешься никогда. И он будет приносить тебе столько счастья, сколько тебе и не снилось. Ха-ха, глупо, не правда ли?
Гриффиндорка резко выпрямилась на стуле, услышав эту незамысловатую фразу. В момент, когда какая-то незнакомая девочка это произнесла, де Монгатье искренне поверила в правдивость этих слов и кинула свой взгляд на висящие на стене часы. О, Моргана, да до полуночи осталось всего ничего каких-то жалких 10 минут! Не веря в то, что она делает, Берта со всех ног пустилась из зала, проклиная себя за то, что не начала искать Финнигана раньше. Она весь день провела в этой комнате, поскольку надеялась, что он рано или поздно туда нагрянет, ведь каждый год так оно и происходило. Но, видимо, Сим знал, что у француженки тоже была эта, м, традиция, может быть поэтому-то и намеренно туда е приходил…
Идиотка, идиотка, идиотка… Ну-ну, просидела в здесь черт знает сколько, а теперь носишься как не нормальная в поисках этого тормоза…
Вот она пробежала мимо кабинета истории, вверх по лестнице, направо, остановилась у библиотеки, пробежала еще метров пять, пустой кабинет, выручай-комната, Большой Зал… Черт, да где же его носит?! Де Монгатье снова посмотрела на часы и с ужасом обнаружила, что времени у нее почти не осталось. Отовсюду послышались радостные крики учеников, поскольку Рождество уже наступит ровно через минуту. Берта остановилась на четвертом этаже около лестницы, понимая, что искать Финнигана бесполезно. Если только…
20 секунд. Она слышит громкие частые шаги, повествующие о том, что сейчас кто-то быстро приближается. Однако она не обращает на это внимание, поскольку разворачивается, решая не сдаваться и снова побежать. 10 секунд. Этот таинственный бегущий объект со всей скорости врезается в ничего не подозревающую девушку. И чуть не сбивает ее с ног. Берта поднимает голову и (О, Мерлин, ты просто душка!) обнаруживает, что это его высочество Симус Финниган собственной персоны. Со всех точек замков слышен неумолимый отсчет.
- Десять, девять, восемь, семь, шесть…
Что встала как в копанная, давай уже, целуй!
- …пять, четрыре…
Берта резко берет Симуса за воротник рубашки и резким движением опускает до своего уровня, впиваясь в его губы жадным поцелуем.
-… три, два, ОДИИИН!..
Mission complete.
Внутри как будто камень с души упал и сделал ее невесомой. Берта перестала ощущать землю под ногами, равносильно как и все вокруг. Проходят секунды, минуты, а она совершенно потеряла счет времени, боясь снова его отпустить и снова его потерять. Продолжает его целовать, прижимать к себе, не обращая внимания на то, что безлюдный тихий коридор постепенно начинает наполняться студентами, решившими отпраздновать Рождество за пределами помещения.
Дышать трудно…
Француженка отпрянула и решительно взглянула Финнигану в глаза. Единственное, что сейчас пришло ей в голову, была фраза:
- Только попробуй потом меня опять игнорировать, и ты труп. Уяснил?

 Отправлено: 28.04.09 17:17. Заголовок: Предрождественские ч..

Предрождественские часы Симус Финниган провел в шкафу. Да-да, именно в шкафу, вы не ослышались. Дабы избежать возможных казусов, «шкаф» - это не новое питейное заведение, не очередное сленговое изобретение языкастых подростков и даже не аналог нирваны. Шкаф это.. это такой большой ящик с дружелюбно распахнутыми дверцами. О-о, они будто бы специально раскрылись по его душу и издают манящие завывания!.. Рубашки приветственно хлопают рукавами и разъезжаются на своих вешалках в разные стороны, брюки закатываются в трубочки, а галстуки укатываются по углам, дабы непоседе было сидеть помягче. Что-то забыл? Ах, да, и пока мания величия вкупе с разыгравшейся фантазией его не покинули, макушку жутко жмет корона. Кто бы бриллиантовую пыль с нее сдул, эх.
Так вот, последние часы двадцать четвертого декабря Симус решил провести один на один с самим собой в самом большом и темном шкафу, который только нашелся в мужской спальне старших курсов. Он весь был заполнен хрустящими после недавней стирки рубашками и брюками, что услужливые домовики заранее развесили к приезду школьников. Но ведь хогвартские трудяги не догадывались, что одна гриффиндорская задница будет долгие десять минут ерзать на идеально выглаженных брюках, обмахиваясь веером из галстуков? Да они даже предположить не могли, что вскоре им придется повторно обрабатывать весь этот ворох одежды, что смехотворной гирляндой сейчас украшает Симуса. Финниган, задыхаясь от жары, уже пятую минуту пытается придумать заклятье – аналог магглского кондиционера, а Мерлин в этот момент старательно уводит Гермиону Грейнджер от обители домовиков – бедняжку удар хватит, если она прослышит о возмутительном проступке Финнигана!.. или нет, или удар хватит его, такой меткий удар крепко сцепленных женских пальчиков?..
Как бы то ни было, Симус обдумывал свою тяжкую думу, в то время как парадный галстук Гарри Поттера был истерзан остренькими зубками этот большого ребенка. А мамочка в детстве предупреждала, она говорила, что если зубки режутся в младенчестве – это хорошо, а если они режутся каждый раз во время нешуточного волнения, то это .. пройдет. Когда-нибудь. Или нет..
«Ар-р, я так больше не могу, не могу, не могу. Плохой Симус, очень плохой Симус. Плохой до невозможности, до невероятности, до тошнотворности, смешанной с омерзительностью.. Найди уже силу воли или хотя бы одолжи у кого-нибудь, Финниган, а затем сожми ее в кулак и читай над ней мантру: нельзя идти к Берте, нет, нельзя. Она опять затмит твой разум и превратит в слюнтяя, которого свет не видывал. Мерлин, да она уже это проделывает на расстоянии! Это просто невероятно: какого черта ты уже двадцатый день подряд думаешь только о ней, какого черта каждый раз, когда она бросает этот странный взгляд на тебя, внутри все будто бы подбирается и тело уже готово совершить марш-бросок в ее направлении?! А мимика, я у тебя спрашиваю, что стало с твоей превосходной мимикой? Почему при одном взгляде на нее каждая лицевая мышца находит невероятный кайф в том, что расползтись как можно шире?! Почему в глазах появляется блеск озабоченного придурка, руки судорожно заламывают драгоценную и единственную в своем роде волшебную палочку, а подозрительная слюна скатывается по дружелюбно оттопыренной губе?! Это просто немыслимо. Единственный плюс в том, что ты все еще остаешься сам себе на уме. Остается надеяться, что она не настолько хорошо знает тебя, чтобы догадаться о том, что ты уже больше двух недель делаешь все наперекор собственным потаенным желаниям.. Стоп, мы говорим о Берте?.. тогда она все поняла, я пропал. А почему она сама не подошла?.. У-у, женщина, она думает ей сейчас тяжело?»
Неожиданно Симус явно почувствовал дуновение свежего ветерка в своей затхлой обители, но не поспешил высунуть свой любопытный нос. А за пределами шкафа имел место очень забавный диалог:
- Черт, я тебе точно говорю, там внутри боггарт, боггарт!
- Ну, и-и-и, э-э, что мне с этого? Я тебе, э-э, говорю, пошли в Большой зал, там сейчас как раз праздни..
Шкаф заметно задрожал от того, что желудок Симуса, обладающим собственным мнением на любые душевные терзания своего владельца, очень явно выразил желание попробовать все-все праздничные яства и наплевательски отнесся к его личной трагедии.
- Ну вот ты видел, видел это?! А ну-ка отойди, где там моя палочка!..Вот она, родимая. Ну что, готов? Давай вме.. Ой, а он все трясется..
- Дружище, э-э, может пойдем отсюда? Мне не по себе, быть может, там боггарт нашел свою боггартиху и они, э-э, тоже праздник отмечают? Ну пошли, пошли-и..
- А-а-а, я совсем забыл! Черт, друг, меня она уже ждет.. мерлин, к черту эту нечисть, помоги мне придумать, что ей подарить!
Симус взвыл. Какого черта мифический боггарт уже нашел себе пару и якобы развлекается в этом шкафу? Какого черта они все с такой легкостью делают шаг вперед в бездну под названием лю.. черт, черт, черт, а он даже выговорить это слово не может! Последний раз он нечто похожее произносил девятнадцать дней назад, и что хорошее случилось? А ничего. Ничего. Быть может, это его личное проклятье?
«Приятно познакомиться, я, Симус Финниган, любвиофоб. У-у, как это мило. Ну просто расчудесно. В конце этой сказки обязательно припишут: и жил он долго и .. очень долго до конца своих дней в полном неведении касательно того факта, что же такое это мифическое счастье и как с ним люди жить-то умудряются.»
Сим чувствует, как накатившая волна всеобъемлющего гнева вот-вот затопит его до макушки, а Берта никогда не узнает о том, сколь сильно он мучился последние две недели. Стоп, а когда было принято решение о том, что ей стоит обо всем рассказать?..
- Да пошли отсюда, озабоченные придурки! Вы сами себя слышали?! Какие два боггарта, какого седого Мерлина они забыли в нашем шкафу?! И какого черта вы оба сейчас торчите в мужской спальне, кстати говоря, старшего факультета, а ваши юношеские прыщи очень точно сообщают мне о том, что вы не выше курса третьего-четвертого?.. И да, об этом вам сообщаю я, Симус Финниган, который вчера вечером спал под кроватью кого-то там из вас в нелепой надежде на то, что там-то уж его Монгатье не подкараулит.. А-а, вы еще здесь?!
Симус неожиданно распахнул дверцы шкафа и предстал перед гриффиндорцами в самом соблазнительном костюме: ярко-красные галстуки гордо обрамляют его уши, рубашка Томаса, который явно будет крупнее по всем параметрам, наброшена на его наилюбимейшую стираную-перестираную футболку с изображением оленей Санты, а черные джинсы молят об очищении от пыли. – Пошли-пошли-пошли вон! У-у-у, сил никаких нет!.. Стоять, куда направились?! Сейчас вы оба помогаете мне найти небольшой сверток в красной упаковочной бумаге, предположительно он лежит около моей кровати.. Как, в самом деле там лежит? Я наугад брякнул..
Финниган потихоньку остывает. Обычно самое простое решение и является тем самым единственно верным? Ну что ж, проверим, на данный момент он не видел ничего проще, кроме как просто найти Берту и выпалить все, что его бесит. Именно бесит, да, а она, как сильная женщина, со всем справится и еще его утешать начнет.
Сбросив с себя все лишнее, кроме рубашки Томаса – о, она так восхитительно пахнет! – Финниган со свертком на пару устремился вон из своей спальни. И – как, куда? – он видит, как Берта соскакивает с подоконника и мчится прочь из факультетской гостиной. Сим целиком и полностью выпал из жизни на девятнадцать дней, так что он даже предположить не мог, куда она могла отправиться.
«А, к черту, даже если она бежит на свидание, особенно, если она бежит на свидание, я там буду как раз кстати.»
Финниган мчится вслед за ней. Его не останавливает Полная дама, что явно намеревалась захлопнуться прямо перед его носом. Его не волнует судьба тех ребят, что все еще стояли с раскрытыми ртами у злополучного шкафа. Черт возьми, да он на фразу сокурсника «Сим, пойдем, там тако-о-ое на ужин дают!» предпочел вообще не отвечать, будучи взбудоражен до дрожи в коленках открывшейся ему картиной: вот она, Роберта де Монгатье. Стоит к нему спиной и тяжело дышит после нелегкого забега.
«Так, дыши, дыши. Приостанови процесс деградации и просто сделай шаг вперед. Шаг, сделай один шаг уравновешенного и спокойного человека, а не соверши спринт оленя к водопою, придурок! Ты в нее сейчас врежешься!.. О, она повернулась! А что это она делает?.. А ты что..?»
Между ними не более сантиметра. В ее глазах видна решимость, в его – немой вопрос. А голоса из большого зала нараспев считают последние мгновения этого дня, спровоцировав тем самым Монгатье и Финнигана на немое признание.
Будь Симус слабонервной барышней (а в случае его бытия девушкой никем другим его судьба не сделала бы) он бы непременно красочно упал в руки объекта своего немого обожания. Но так как он был юношей, то он красиво споткнулся и тем самым чуть не сбил вышеназванный объект: Симус ломанулся навстречу Роберте с таким алчным блеском в глазах, будто бы эти девятнадцать дней его на цепях держали. Вмиг преодолел разделяющее их расстояние и собирался было...ну-у, наверняка в его планах содержалось нечто возвышенно-глупое, но Берта перехватила инициативу. Сим едва сдержал ликующий возглас в тот миг, когда ее пальчики наиковарнейшим образом обхватывали его рубашку. Одно стремительное движение - и он уже согнулся в три погибели, чувствуя ее дыхание на своем лице. Еще один миг - и его губы терзают ее в иступленном поцелуе. Мерлин, кто бы мог подумать, как этого ему не хватало!.. Сим старается усилить земное притяжения, старается сократить расстояние, разделяющее их, а оно уже чуть ли не переходит в минусовое значение. Но ему невдомек, что еще ближе, чем сейчас, Берта быть не может. Сейчас он предпочел бы не отпускать ее вообще: Сим в буквально смысле чувствует, как череда вопросов и приказов, требующих неукоснительного исполнения, становится третьей лишней в их затянувшемся поцелуе:
- Только попробуй потом меня опять игнорировать, и ты труп. Уяснил?
«Что может быть яснее, милая»
Толпа насытившихся школьников оттесняет их к стене. Симус вовремя замечает неподалеку окно с широким подоконником и, не спрашивая разрешения, подхватывает Берту на руки и транспортирует на широкую поверхность. Сам замирает напротив, чувствуя, как ее коленки упираются ему в живот.
Серые глаза пытаются каким-то немыслимым образом зацепиться за пейзаж за окном, но неминуемо попадают в плен ее озер.
«Мерлин, это так трудно, просто открыть рот и произнести все то, что.. когда она вот так вот пристально вглядывается, пытается отделить браваду от искренности, выдумку от действительности.»
Сим со стоном спрятал лицо в руках, повернулся к ней спиной и драматично сполз по стенке вниз, оказываясь точнехонько под подоконником.
- Ну да, убежал - испугался, было дело. А ты видела глаза Уизли, видела? Честное мерлинское, еще пять минут в том помещении, и меня можно было бы вместо индейки подавать к столу. Только меня фаршировали бы трусами, кстати говоря, я еще поинтересуюсь, что те трусы делали у вас.. А потом.. ну а что потом? Берта, честное слово, меня каждый вечером буквально подбрасывало на месте. Знаешь, я не раз смотрел на дверь спальни, ни один раз держался за ее ручку.. и не находил в себе сил войти. Каждый раз я слышал за ней твой приглушенный голос на фоне остальных, каждый раз приоткрывал ее.. и, резко захлопнув, убегал. Каждое утро я смотрел из-за угла, как ты топчешься на нашем месте, каждый раз бросался в противоположном направлении. Обедал за столом Рейвенкло – это забавно, младшекурсники приняли меня за студента по переводу и даже сейчас спрашивают, почему я прогуливаю занятия. Я правда похож на четверокурсника?.. а на уроках я просто забывался. Будучи всегда на последних рядах, я особенно любил уроки на улице – ветер непременно доносил до меня запах тебя. Твоих волос, рук, шеи.. Это было бы невыносимо.. если бы не было столь прекрасно. Но самое страшное в другом. Я просто не знаю, как назвать то, что держало меня вдали от тебя эти сумасшедшие девятнадцать, Мерлин, это же почти месяц! – Тихий вскрик. – девятнадцать дней. - Симус боялся открывать глаза, отнимать руки от лица: он скромно решил пощадить собственные чувства.
Так и остался сидеть наш страдалец, прислушиваясь, не зацокают ли удаляющиеся каблучки ее.

 Отправлено: 02.05.09 20:02. Заголовок: я люблю тебя и больш..

цитата:

я люблю тебя и больше не знаю куда и в кого это прятать. ©

Как многое могут показать каких-то жалких двадцать дней. Как многое они могут рассказать о другом человеке и о тебе самом.
До этого момента Берта еще никогда не задумывалась, насколько сильно привязалась к Симусу. Настолько, что беспросветно полюбила. А стоило ли задаваться этим вопросом, как, скорее всего, делал да и делает сам Финниган? В отличие от него, француженка просто давала волю своим эмоциям, порой открывая в себе то, о чем даже и подумать не могла. Она не придавала никакого значения столь насущному вопросу. Точнее, придавала, только чувства были сильнее, чем логика.
Симус всегда был единственным человеком, с которым окружающий мир начинал меркнуть, становиться более незначительным. Он был обладателем удивительного дара – умением создавать вокруг себя вселенную, в которой волей-неволей ты становился частичкой. И Роберта уже не могла представить себя в другом амплуа. И француженка была готова ко всем мучениям, потому что она ни за что на свете не променяла бы такие сильные чувства, несмотря на то, что они не всегда являлись положительными и приносили тихую радость. Только благодаря крошке Симе она оставалась такой, какой является на самом деле, только благодаря ему не позволяла себе раскисать, даже когда это, казалось бы, было неизбежно. Она давно стала частью его собственного мира, при этом, не потеряв свой собственный. Незаметно для нее, Финниган смог построить удивительно крепкий мост между их двумя «я». Но де Монгатье сейчас хочет построить совершенно новый.
И поэтому спроси себя, Берта, ты когда-нибудь задумывалась, что чувствует сам Симус? Задумывалась, что за эти двадцать чертовых дней не у одной тебя голова шла кругом?
Ответом может стать удивленный взгляд, что появился в момент проникновенной речи гриффиндорца. Сердечко предательски отбивало незамысловатое сообщение S.O.S. посылаемое безвозвратно отключенным мозгом.
Я не думала… что все будет именно так. Я не думала, что ты чувствовал себя так же, как и я. Я не верила, что сказанное тобой «я тебя люблю», имело для тебя такое же значение, такую же силу, что и мое. Потому что я не привыкла к этому, не привыкла чувствовать себя такой открытой, такой уязвимой… и такой готовой отдать все ради кого-то. Конечно, я еще на первом курсе поняла, что ты станешь неотъемлемой частью моей жизни, но я и подумать не могла, что однажды мне так захочется рассказать человеку ВСЕ о себе. Все, понимаешь? Ты помогал мне, сам того не подозревая, поддерживал просто своим присутствием, своими бессмысленными новостями по типу «как божественна была та булочка на столе!». Сначала я не знала, что это такое. Поэтому не предавала никакого значения тому, что чувствовала. А когда поняла, то не на шутку испугалась. Целый год пыталась разобраться, почему влюблена, почему и как такое могло случиться? Я не хотела ничего менять, потому что боялась потерять то, что есть. Боялась тебя потерять, глупый, и, как вижу, боялась не зря. Но если серьезно посмотреть, то на эти размышления меня хватило лишь на месяц. Может быть, два, но не больше. Потому что я не могла противиться той радости, тому счастью, что взрастало во мне с каждой твоей улыбкой. Я пыталась скрыть эти хрупкие ростки, но за лето они, как видишь, только подросли, и далее прятать их не было смысла. Да я и не хотела.
Я прекрасно понимала, что ты ничего подобного не чувствуешь. У тебя была Эмма, потом ты долгое время возмущался, что ни за что в жизни больше не позволишь ни единой женщине к себе близко приблизиться. Смешно, потому что вечера, когда я не засыпала в твоей комнате в тот год, можно на пальцах пересчитать. Ты меня воспринимал как сестру, как очень близкого друга, а я этого уже не ощущала.
Поэтому как я могла рассчитывать на то, что ты любишь меня так же сильно? Скажи, как? За две недели я измучила себя до такой степени, что меня начал снова обуревать страх потери тех дней, когда мы оба были счастливы и без тех телесных утех, что мы имели счастье опробовать в моей комнате. И все же… я похоже ошибалась.
Возможно, стоило высказать эти размышления вслух, но Берта решила оставить их при себе. Осознание очевидного принесло внутри ощущение хрупкого счастья, которое могло в любой момент разрушиться. Но оно было уникально.
Постепенно удивленный взгляд стал изменяться на более спокойной и ласковый. Слава богу, Симус не мог уследить за этими изменениями, поскольку так и не смог оторвать руки от своего лица. Прошло минут 5, а может быть и 10, прежде чем француженка смогла сделать первое движение. Она, не спеша, спрыгнула с подоконника, еле сдерживая внезапно появившуюся дрожь в коленях. Сделала несколько шагов от юноши, повернулась к нему лицом и стала рассматривать его, как будто впервые в жизни увидела. Мимо пронесся какой-то четверокурсник, остановился, поглядел на эту парочку, но, заметив на себе уничтожающий взгляд блондинки, поспешил по своим делам. Коридор стал пустеть, на улице отчетливо слышались голоса радостных студентов. А в помещение царила мертвая тишина, нарушаемая спокойным еле слышным дыханием Берты.
Стук ее каблуков эхом отдавался к коридоре. Она присела на колени лицом к лицу рядом с Финниганом. Медленно убрала руки от его лица. Вгляделась в его черты, как будто впервые их видя, как будто впервые осознав их ценность.
- Закрой глаза.
Берта мягко прикасается к его щеке, идет рукой вверх, за ухо, к волосам и вниз, обратно. Секунды соединяются в минуты, время сейчас не играет никакой роли. Не это главное. Она прикасается к нему, как будто знакомиться. Наконец, решается задать вопрос, который мучил ее с самого начала:
- Скажи, что ты сейчас чувствуешь?

 Отправлено: 28.06.09 16:25. Заголовок: Осознание того, что ..

Осознание того, что в замке сейчас слишком холодно, чтобы вот так спокойно разгуливать под его каменными сводами в одной не слишком теплой кофте, пришло к Агнес слишком поздно. Она уже успела заметно продрогнуть, когда вспомнила, что теплая зимняя мантия с капюшоном, отделанным мехом, все это время была у нее в руках.
«Ах.» – Запоздало удивилась ведьма, опустив взгляд на правую руку, через которую была перекинута сложенная вдвое тяжелая черная мантия. Девушка не стала ее одевать, поймав себя на мысли, что ей нравится дрожать от холода. Неудобства, которые она при этом испытывала, отвлекали девушку от ее мыслей, совсем не праздничных. До того как Поуис почувствовала, что замерзла, она думала о доме, о матери, так до конца и не оправившейся от тяжелой болезни, свалившей ее этим летом, об отце, писем от которого волшебница не получала уже второй месяц, о своей до сих пор не вернувшейся сове… Рождество закончилось, и Агнес хотелось верить, что вместе с ним закончатся и чудеса, которые с пугающей периодичностью случались с ней в этом году.
Почему-то людям было свойственно верить, что чудеса – это непременно приятные неожиданности и сюрпризы. Но мисс Хилл никогда не заблуждалась подобным образом. Ей было хорошо известно, какими неприятными могут быть чудеса, ведь, если подумать, падение с Астрономической башни тоже можно считать чудом – это надо же еще умудриться, так упасть – но кому в голову придет считать такое падение чем-то приятным? Или, скажем, смерть от какого-нибудь безобидного зелья из-за редкой формы аллергии на ингредиенты этого самого дела – чудо. Хотелось бы вам, чтобы и с вами такое случилось? Вот и Агнес не просила себе никаких чудес. Она, напротив, старалась избегать их, но делать это ей было достаточно проблематично, ведь темноволосая девушка была волшебницей: если каждые день имеешь дело с магией, трудно избежать чудес.
Мимо прошел паренек, из кармана которого торчал слизеринский галстук, и мисс Хилл не удержала на лице дружелюбную улыбку и скривилась, помимо воли. Вообще, девушка не относилась к числу ревностных слизериноненавистников, коими были некоторые ее сокурсники, но с недавних пор любое напоминание об учащихся зеленого факультета, вызывало у нее приступ панического страха. Ей еще не хватало встретить где-нибудь здесь Оливера – Агнес ускорила шаг. Пройдя в таком темпе еще метров сто, волшебница юркнула в открывшийся ей узкий проход, после чего оказалась в другом коридоре, не таком многолюдном как тот, по которому она шествовала только что. Осмотревшись и не заметив никого из знакомых, гриффиндорка с облегчением выдохнула и вроде бы успокоилась. Беспричинные страхи отступили на второй план, но головная боль, о которой Поуис за всеми своими переживаниями и прочим успела позабыть, вернулась вновь. Зато ее короткий марш-бросок позволил Агнес согреться. Теперь же она шла неторопливо, с интересом изучая однообразный рисунок каменного пола, поглядывая, время от времени, в окно и по сторонам. И вот, в очередной раз подняв глаза, ведьма заметила приятельницу с рейвенкло. Тогда шатенка ускорила шаг и вскоре нагнала знакомую. Стоило Агнес приблизиться к Шицуко, и ее нос тут же уловил запах глинтвейна, отчего головная боль, мучавшая волшебницу, резко усилилась, а к ней добавились и рвотные позывы, которые гриффиндорка успешно сдерживала, пока.
- Привет. Надеюсь, хоть у тебя Рождество прошло хорошо, – свободной рукой осторожно тронув брюнетку за плечо, поздоровалась Поуис, мягко улыбнувшись. Эта встреча была с Шицуко Агнес приятна: гриффиндорка надеялась, что беседа и, возможно, занимательный спор с Ли, позволит ей отвлечься от собственных проблем хотя бы на время. Но ей тут же стало немного совестно – она ведь даже не поздравила приятельницу с Рождеством.
Справедливости ради следует сказать, что в этом году Хилл почти никому не купила подарков. В предшествующие рождественскому празднику дни Агнес безуспешно пыталась решить множество навалившихся скопом проблем проблем, так что у нее просто не осталось времени на покупку подарков. Она даже в Хогсмиде в эти дни не была. Единственный подарок, который она отправила, предназначался ее матери, Энн. Это был золотой кулон, не имеющий никаких магических свойств, но очень красивый – настоящий подарок. Подарок, сделанный Агнес ее бывшим парнем – девушке очень не хотелось его передаривать, но оставлять мать без подарка…
Гриффиндорка действительно отвлеклась. Задумавшись о прошедшем Рождестве, о подарках, тех, которые она получила и тех, которые не подарила, девушка потеряла счет времени. - Извини, что? – На всякий случай поинтересовалась она у Шицуко, вернувшись к реальности.
- Знаешь, а у меня для тебя есть подарок, – не поведя бровью, выдала Агнес гнуснейшую ложь, в чем не преминула себя укорить. «И что же ты собираешься ей дарить?» – Задалась она вопросом, ответить на который смогла лишь минуту спустя, туманным: «Что-нибудь придумаю, позже.» Позже, а пока следовало потянуть время.
- Я направлялась в Больничное крыло, навестить однокурсника и спросить одно зелье – голова, после вчерашнего, просто раскалывается, – Агнес сочла необходимым поделиться с Шицуко своими планами, чтобы потом предложить той… - Не хочешь составить мне компанию? На самом деле ведьма здорово сомневалась, нужно ли это рейвенкловке: тащиться с ней на другой этаж к парню, которого она, весьма вероятно, даже не знала, и за зельем, которое ей, судя по всему, не требовалось – Ли выглядела бодрой, чего нельзя было сказать о младшей Хилл. Решив, что лишний стимул Шицуко не помешает, гриффиндорка небрежно заметила: - А после мы могли бы зайти ко мне, чтобы я вручила тебе твой подарок. В глубине души Агнес надеялась, что до этого не дойдет, и что она расстанется со своей спутницей где-нибудь по дороге к гриффиндорской гостиной, по уважительной причине, которую ей еще только предстояло выдумать. В противном случае, ей бы пришлось расстаться с еще одним подарком Дэвида, а это было бы очень некрасиво по отношению к нему. Но опять же, если такова была плата за общество рейвенкловки, Агнес готова была ее заплатить. В любом случае, общество Шицуко было во сто крат приятнее, чем общество Лича, от которого волшебница сейчас и пряталась.
«Не пойдет же он в Больничное крыло… Он терпеть не может это место.»

 Отправлено: 01.07.09 23:45. Заголовок: Интересно, берут ли ..

Интересно, берут ли таких как я в рай?
Может, берут, сходи, узнай

Как было бы просто. Как было бы просто, не будь она Трейси Дэвис. Будь она просто Триш. Какая-нибудь Триш Браун или Трек Грейнджер. У каждой из них есть своя жизнь. У каждой свои увлечения, друзья, определённые стереотипы взглядов на мир. А что есть у неё? Рейвен. Сводный брат, который берёт от неё всё, что нужно и тушит сигареты о её ладони.
Мягкая походка от бедра, руки подчёркивают движения, плавно изгибаясь. Худая и нескладная, в этих движениях, она кажется богиней. Прохлада коридоров освежала мысли. Жаль только, не выветривала из них опостылевшие образы живых девиц, на которых порой так хочется быть похожей. Разве хочется? Ну только иногда. Редко. ... Ну ладно. Не очень-то и хочется.
Солнце, пробивающееся сквозь высокие проёмы окон, играет в тёмных волосах… Они завязаны в хвост, но и это не мешает лучам переливаться, отражаться и перетекать друг в друга! Солнцу всё равно, какая она. Солнцу всё равно, что на ладонях кружочки-шрамы. Солнцу всё равно, что она чувствует. И всё равно, что белоснежная улыбка вызвана вовсе не замечательной погодой! Солнце просто светит со своего ясного неба от неумения делать хоть что-нибудь путное.
Впрочем, не только солнцу всё равно. Ей тоже глубоко наплевать на него. Также, как и на всех остальных и на весь Хогвартс вместе взятый. Уверенная походка заявляет миру о независимости её обладательницы. Мало кто в наше время так свободно держится на высоких каблуках… Показатель хорошего тона и стиля? Возможно! Но врядли.
Триш улыбнулась какому-то чудику, хромающему на обе ноги, будто кто-то отдавил ему всю область «междуножья»… Чудик просиял от счастья, но, сделав неудачный шаг, снова согнулся от боли. Страдания отражались на его лице, а также висели вокруг него невидимым облаком… Дэвис почти почувствовала их запах, когда они с парнишкой проходили рядом. Они шли в противоположные стороны и Трек почти мгновенно забыла о неудачнике…
Обычно она любила гулять по коридорам школы… Или просто стоять где-то в оживлённом месте. Но это бывало очень редко. Всё время девушка находилась в движении. Иногда ей даже казалось, что для неё жизнь течёт раза в два быстрее, чем для остальных. А потому иногда девушка просто останавливалась и вглядывалась в лица. И в такие моменты она чувствовала себя Богом гораздо больше, чем когда соблазняла Рейвена на ужасные вещи. Множество лиц мелькали перед глазами. И по большинству из них Трейси могла многое рассказать. Лица говорят многое о человеке! Кто-то отмечен печатью потери, кто-то обречённости, кто-то пожизненным оптимизмом, а кто-то полным пофигизмом… В такие моменты можно часами представлять чужие судьбы, дописывать другие истории, додумывать услышанные обрывки фраз… Но как же редко это бывало! Движение – жизнь. Замер – и ты на «мушке»! Она не представляла, как можно быть мирной домохозяйкой – стирать кому-то носки, готовить соусы и подтирать сопли малолетнему отпрыску! Нет, Триш никогда не была «нормальной девушкой», если говорить об этом… Она никогда не мечтала о замужестве и до сих пор не собиралась заводить серьёзных отношений. Ей нравилась свобода! Хотя свобода нынешняя иногда пугала. Она не боялась даже смерти… И жалела об этом. Не для кого жить? Возмо…
Голова начинает кружиться и от этого ощущения появляется незванная тошнота. Но движение продолжается. Не останавливаться же посреди коридора с лицом перепившего упыря. Несмотря на рождественские каникулы, здесь могут быть люди.
Где? Где же? Ах, вот...
Привычная подворотня. Неизвестно, что хотели сказать создатели школы этим закутком. Совершенно бесполезный апендикс - ответвление коридора с окном и завявшим цветком в горшке. Впрочем, так ли он бесполезен? Учитывая, сколько времени Трек провела здесь за время своей учёбы в Хогвартсе, пожалуй, аппендикс не так бесполезен. Взявшись ладонью за подоконник, Триш прислонилась лбом к холодной стене и прикрыла глаза.
Мерлин, упаси всех бодрствующих студентов бродить по коридорам и замечать скрытые ненужные проходики, в которых я иногда...
Кашель. Душит. Но быстро проходит. Зима. Мерзкое ощущение. Нет, Дэвис почти никогда не чувствовала холодно. Тогда почему мерзко? Просто мерзко. Не более, чем всегда.

 Отправлено: 02.07.09 11:39. Заголовок: Утро. После Рождес..

[flashback]

Утро. После Рождества. Как вы думаете, чем может заниматься студент в это время? Только одним – лежать в странном месте, забывшись тяжелым сном и мучиться от похмелья. Да-да, на это были просто обречены те, кто остался в Хогвартсе, кто находился не под чутким вниманием мам и пап, а под нетрезвым, двоящимся взором преподавателей. Поэтому ночные гулянья, которые устроила компания Мерфи, были просто данностью, фактически одолжением всему Студенчеству, ну и заодно Рождеству.
Началось всё в невинное время и с бутылочки сливочного пива. Незатейливые шутки с каждой минутой становились более затейливыми, острота ума немного притуплялась, ровно настолько, чтобы чувствовать себя комфортно. На помещение, в котором происходило веселье, были наложены чары, не пропускающие звук, поэтому никто не боялся, что будет застукан с алкоголем в неподобающем виде. Взрывы хохота, порой даже гогота, можно было слышать везде, так же как и звонкий, дребезжащий звук стекла, означающий чоканья бокалов/стаканов/бутылок. Молодые люди праздновали самый главный день года с похвальным рвением, в лучших традициях попоек Хогвартса.

- Где я? – мысль прорвалась с диким скрежетом сквозь плотный туман сознания, хотя точнее будет сказать – бессознания. Шон открыл глаза, увидел потолок, который зачем-то двигался, и зажмурился от слабенького луча солнца, попавшего на сетчатку между ресниц. В теле наблюдалось странное состояние, тело не ощущалось вовсе. На секунду парень даже подумал, что может его и впрямь нет? Эдакое подобие Почти-Безголового-Ника… улыбнуться не получилось, только мысленно, но сейчас и это уже было подвигом. В горле першило, язык был сухой как наждачка, а во рту как будто кошки пописали. Мда, стандартное сравнение, зато стопроцентно верное. Мерфи попытался встать, лежать было неудобно – чья-то нога, на которой он это делал, больно впивалась в позвоночник, да и его бренное тело тоже кто-то использовал в качестве подушки. С грехом пополам, рухнуть на пол ему удалось, а уже с этих низов, юноша встал на ноги и обвел мутным взглядом комнату, чтобы ответить самому себе на уже заданный в пространство вопрос. Удивительно, но он находился в своей комнате, правда, народу тут спало больше чем то количество на которое она рассчитана. Спотыкаясь о различные конечности, на ходу извиняясь, Шон дошел до ванной комнаты и, открутив кран в раковине, жадно припал губами к струе прохладной воды. О да, ощущения были восхитительны, ещё чуть-чуть и можно было бы приравнивать к оргазму. Первый глоток воды вдарил в голову холодом, мгновенно остужая, и можно было четко проследить, как вода движется от горла в желудок. Пожалуй, на такие мысленные изыски в состоянии нестояния был способен только фанат знаний, коим и являлся Шон Мерфи. Напившись, парень неловко залез в ванну, по счастливой случайности там никого не было, и включил душ. Хотелось смыть с себя запах алкоголя, вечеринки, танцев, девушек. Призвав всю свою ответственность, рейвенкловец яростно взялся за мочалку, мыло и шампунь, приводя себя в человеческий вид. Полчаса спустя от него пахло водой и парфюмом, добавляющий древесные запахи, смешанные с нотками мандарина, кориандра, гедеона. Увы, но никакие запахи не могли закрасить покрасневшие белки глаз, всё-таки помятый вид и черные круги под глазами. Махнув рукой на свой внешний вид, Мерфи отправился в комнату, чтобы найти свежий комплект одежды. Синяя рубашка и черные штаны были идеальны. Пока юноша пытался переодеться и лазил по шкафу и тумбочке, он случайно задел стопку книг из библиотеки. Несколько штук упало, раскрывшись, открывая то сокровенное, ради чего их и берут. Но взгляд парня уткнулся немного не туда, а именно в маленький штампик, который ставит мадам Пинс, указывающий дату, когда книгу нужно вернуть. 25 декабря. Сообразив, что это сегодня, Шон зажмурился от досады и издал стон мученика. Мадам Пинс прекрасно знала его и возможно простила бы ему день задолженности, особенно учитывая их тесные отношения (ну столько времени проводить в библиотеке, уже и сродниться можно), но ради такой ерунды не хотелось использовать бонусы. Проверив штампы на других книгах, студент взял нужные и направился в библиотеку, по пути пытаясь запихнуть литературу в школьную сумку.

[/flashback]

Да запихивайся ты уже! – шепот как обращение к одной книге, которая ну ни в какую не хотела прятаться. Напротив, она выскользнула из рук и.. исчезла. Мерфи удивленно замер и сосредоточенно уставился в стену, будто обвиняя её в подлоге. – Мадам Пинс не поверит, что стена ликвидировала книгу. – тут он увидел закуток, и зайдя туда, обнаружил на полу свою путешественницу и ещё кое-кого. Сдавленный кашель привлек внимание и заставил перевести взгляд с пола чуть выше, по ногам, бедрам, талии..
-Трейси… - ещё одно удивление. Определенно точно сегодняшнее утро можно было назвать удивительным. - тебя наказали подпирать стенки? Как Атланта, только он небо держал… кхм.. и давно стоишь? – поздороваться он забыл, впечатленный новыми открытиями.

 Отправлено: 03.07.09 01:38. Заголовок: Есть вещи, которые н..

Есть вещи, которые не забываются. Никогда.

[flashback]
-Кем она была?
-Великой волшебницей…
-Как Поттеры?
-Нет… Нет, не как Поттеры, Трек, по-другому… Моя дочь была… Очень чесной и самоотверженной. Она любила тебя…
-Нет, не любила!
-Почему же?
-У великих волшебников не должно быть любимых, потому что тогда им есть, что терять.
-Глупая девчонка!!! Твои мысли носят тёмный характер!!!
-Это не мои мысли, дедушка, это жизнь… Привыкай!
[/flashback]

Ногти впиваются в подоконник.
Есть вещи, которые забывать не хочется.

[flashback]
Триш уверенно шла к стойке бара. Обычного маггловского клуба. Отец убил бы её, узнай он, что его дочь посетила хотя бы мысль о подобном заведении. Она не обращала внимания на толпу танцующих. Казалось, все уступают ей дорогу, толпа расступается… Так естественно она шла по залу. Словно была здесь уже миллионы раз. Рейвен шёл позади, то и дело натыкаясь то на одну, то на другую трясущуюся личность, но сестра так ни разу и не обернулась.
Да, это была её стихия. Здесь никто не думал, кто она. Здесь никого не интересовала её сущность. Здесь никому не важно, что у неё на душе. Важно только одно – музыка… С некоторых пор под музыку Триш научилась забывать обо всём. Кто-то упивается алкоголем, кто-то подсаживается на иглу, кто-то сдается и режет себе вены, а она другая. Совсем. У неё другой способ – её личный. В движении Триш всегда чувствовала себя такой, какой она хотела быть. Она забывала обо всём – о том, кто она; о том, как такой стала; об очередном морально убитом ею парнишке. Она была музыкой, а музыка была ей… И ничего больше не существовало – мира, людей, Хогвартса, смерти, Лорда, насилия… И брата…
-Разве твоя девушка не обидится на наше исчезновение? Впрочем, я тебя не звала…- пожав плечами, Трейси сделала глоток сока, которым её кто-то угостил и расстегнула ещё одну пуговицу на рубашке- теперь в её вырезе практически при любом ракурсе можно было разглядеть гладкий чёрный бюстгальтер. Заметив взгляд брата, который тут же скользнул к столь соблазнительному зрелищу, она усмехнулась и с очередной иронией заявила -Что? У меня жёсткий самозапрет на кружева!
Одежда щедро обнаруживала все достоинства молодого тела, а непринуждённые движения открыто и достаточно явственно заявляли – жизнь прекрасна… Очередная ложь!
Но Рейвен купился. Он в её власти и сделает всё, лишь бы она позволила затащить себя в постель.
[/flashback]

Всё тело расслабляется.
А есть вещи, которым лучше бы не случаться никогда.
Внезапно в ногу Дэвис врезается что-то твёрдое и совершенно нежелательное. Опустив глаза, Триш обнаруживает книгу и некоторое время бездумно вглядывается в её обложку. Она даже не читает названия. Просто смотрит.
Если ты, бездарность, всё же ошиваешься наверху, сделай вид, что это твоя книжка.
"Бездарность" откликается глухим покашливанием. Слизеринка переводит взгляд повыше и на лице автоматически появляется заученная усмешка. Девушка ждёт. Даёт себя обсмотреть, зная, как она выглядит в этом маленьком чёрном платье без бретелей.
-Шон... Вот уж не думала, что когда-то назову бездарностью именно тебя. Впрочем, неважно.
Трейси поворачивается к Рейвенкловцу так, чтобы он мог оценить в полной мере её фигуру, в которой недостатки всегда умело маскировались под достоинства.
-Пожалуй, тебе до Атлантов далеко. Не рассчитал свои силы вчера. Что ж, бывает.
Триш произносит всё, как факты. Никаких вопросов, никаких восклицаний. Ровный хрипловатый тихий голос с лёгким оттенком усталости.
-Неужели у тебя настолько богатое воображение, что ты представляешь себе меня в таком непотребном наказании? Это моё, скажем так, хобби.
Повернувшись к окну спиной, Дэвис облокачивается на подоконник и опирается руками в него же. Прямой взгляд. Мёртвый взгляд. Холодный.
Выдержишь?

 Отправлено: 03.07.09 22:47. Заголовок: Девушка: — Вы мне лж..

Девушка: — Вы мне лжете!!!
Доктор Л. : — Да. Привыкай. (c)

О чем эта дамочка сейчас? – недоумение явно отобразилось на лице Шона по мере того, как слизеринка выдавала перл за перлом по его мнению. Единственное, что было ценное в происходящем моменте – это движение губ Трейси.. зрелище было настолько завораживающее, что хотелось нажать на пульте rewind, если бы он знал вообще что это. – Говори что угодно.. продолжай делать это…. – секунда блаженства, вспышка фантазии, улыбка с пошлым оттенком. - Мерлин, я фетиширую на такие мелочи – камень досады разбил ажурный храм вожделения.
- Бездарностью? Ты? Меня? - более нелепой мысли сложно было представить, но Шон заглянул в глаза девушки и наткнулся лед. – Прекрасно, мы играем в опасные игры – Так ты обо мне думала? Вот уж не ожидал такой откровенности от тебя, Трейси. – Ухмыльнувшись уголками губ, парень встал и выпрямился в полный рост, скрестил руки на груди, не выпуская книгу. Поза и движения не ускользнули от внимательного взгляда юноши. Правильно расценив обстоятельства, он откровенно наслаждался. Зачем отвергать то, что само плывет в руки? Ну да, игра была «смотри, но не трогай».. что ж, подчинимся. Посмотреть было на что – длинные, стройные ноги, бедра, тонкая талия, подчеркнутая грудь, изумительный плечевой пояс.. если вдаваться в подробности, то можно захлебнуться слюнями.
Красивая..но если её хобби – подпирать стенки.. искренне надеюсь, что это неудавшаяся шутка..причем тут сравнение Атланта в мой адрес? Она знает маггловские мифы древней Греции? А вот это уже интересно… - Мерфи прищурился. Из головы выскользнул образ сексапильной девушки, осталась только дымка.
- И давно ты увлекаешься маггловской литературой?
Ложь. Самому себе, друзьям, родителям, врагам. Главное не запутаться. Откуда слизеринка владеет этой информацией? Уроки маггловедения не настолько детальные. Читала маггловскую литературу? По статусу не полагается, сами знаете, Слизерин и всё такое.. кто-то рассказывал? Кто кроме «грязнокровок»?
Ох Дэвис, кажется мне в тебе много секретов. Объяснишь или попробуешь перевести тему? - К сожалению, ещё никому не удавалось перепрыгнуть с животрепещущего разговора в другое русло и остаться незамеченным. Шаг вперед.. немного страшно.. что она так смотрит? Вдруг сейчас как обернется гиеной и съест? Да и просто пощечину за нахальство не хотелось получить. Близко.. совсем близко.. тонкий запах.. запах кожи..такой интимный, живой, сокровенный, щекочущий нервы..
Ну же Трейси…

 Отправлено: 04.07.09 00:05. Заголовок: Мёртвые глаза опуска..

Мёртвые глаза опускаются вниз. Довольная усмешка окрашивает губы. Лучше помады. Выдержишь. Раз выдержишь, терпи. Снова прямой взгляд.
-Знаешь, Мёрфи, я иногда думаю. О тебе. Редко, конечно. Но ты будешь не слишком расстроен, думаю. Ведь думаю я, в основном, ночью.
Оттолкнувшись от подоконника, Дэвис подходит к Шону и обходит его со всех сторон. Её наряд совсем не подходит для холодного зимнего дня. Кожа бледна. Но не больше, чем обычно. Триш не чувствует холода.
Мёртвые не потеют. Так когда-то с презрением выссказалась Алиссандра в её сторону, когда Трек выжила после ночи взаперти в холодном подвале поместья Дэвис. Мачеха частенько проделывала нечто подобное. Ей доставляло удовольствие унижать падчерицу. Как и Рейвену. Только тот ещё был влюблён.
-Днём, знаешь ли, есть более интересные вещи, но ночью вполне можно позволить себе подумать.
Остановившись за спиной Мёрфи, Трейси вдруг подняла руку и, осторожно коснувшись его спины, провела сверху вниз по позвоночнику. Синяя рубашка, отвечая ей взаимностью, не отобразила никаких эмоций по этому поводу. Триш убрала руку. Будто была довольна результатом. Будто исполнилось что-то, на что она рассчитывала с самого начала. Дэвис снова прошла к подоконнику. И несколько мгновений могло казаться, что она забыла о существовании Рейвенкловца. Девушка устраивалась поудобнее. Полностью забралась на окно и, оперевшись спиной о стену, вытянула ноги по подоконнику. При этом платье её, естественно, длиннее не стало и на короткий миг Шон мог лицезреть полное отсутствие белья под ним. Ну и кое-что, что это бельё должно скрывать. Отчего-то Трек никогда не волновало, какие её части видят окружающие люди. Ей была интересна их реакция. Вот и всё.
-Маггловской литературой я увлекаюсь с четырёх лет. С тех пор, как научилась читать,- невозмутимо ответила на вопрос Трейси, наблюдая за реакцией Мёрфи, и для полноты эффекта зрелищно поменяла ноги местами. Поправить волосы, повести губами. Идеальная актриса. Идеальная актриса - та, которая изначально пуста. Тогда её можно до краёв наполнить эмоциями и чувствами персонажа. А потом безжалостно выбросить их на помойку, снова оставив актрису пустой до нового шедевра. -Знаешь, там много интересного. Орфей и Эвридика, например. В нём вся человеческая природа. Стоит пройти все муки, чтобы вернуть себе желаемое. Но в самом конце пути усомниться и потерять всё в одно мгновение. Жизненно. Полезно иногда увидеть себя со стороны. Да и смыслов можно найти сколько угодно.
Размяв шею, Триш как бы невзначай коснулась рукой своей груди.
-А ты?- внезапно спросила она, снова сверля взглядом глаза парня. -Ты думаешь обо мне ночью?
Внезапная смена темы.
Ну же, ответь мне честно, Мёрфи. Ты же можешь.