Отправлено: 08.09.07 19:54. Заголовок: Поместье Малфоев 0.2

После смерти директора Альбуса Дамблдора, штаб Пожирателей Смерти теперь располагается в темном и мрачном поместье древнейшего рода Малфоев.

Скрытый текст

 Отправлено: 26.09.09 19:22. Заголовок: Заранее прощу прощен..

Backtime
Ночь. Как прекрасна и величественна бывает она. Какая великая сила таится в ночном небе, в звездах, в воздухе, в тумане. Настоящие романтики, искатели приключений и поэты выходят из дому именно в такое время. Но в некоторых случаях в такое время на улице появляются так же и всякие темные личности, едва ли не мрачнее ночи. Именно двое таких в эту минуту собирались выйти из своего фамильного Поместья и отправится в другое, которое сейчас представляло для них куда больший интерес. Высокий человек в черном классическом пиджаке, иссиня-темных штанах и черных туфлях стоял в большой гостиной своего особняка, медленно потягивая из бокала огневиски, и стуча по красному отполированному дереву своими длинными, тонкими белыми пальцами. Он стоял, облокотившись на комод возле камина, в котором тихо потрескивал огонь, и явно о чем-то размышлял. Это был мужчина лет тридцати семи на вид, стройный, привлекательный, ухоженный, ровно держащий спину. Черты его лица можно было бы назвать красивыми, если бы не несколько зловещее выражение, излишняя бледность и надменный взгляд холодных серых глаз. Этим человеком был Рудольфус Лестрейндж. Что же касается его мыслей, то вряд ли перу удастся передать то, о чем думает такой человек, как Рудольфус. Мысли его, как и мысли людей похожих на него, в большинстве случаев мрачны, честолюбивы, и не представляют интерес только лишь для их обладателя, поскольку направлены лишь на то, чтобы добиться благополучия для самого мыслителя. Тем не менее, мы попытаемся передать примерную картину того, о чем думал Пожиратель Смерти. Мысли его были заняты тем, что он уже давно не виделся со своими приятелями, такими же темными личностями, как и он сам. Он давно не виделся со своей женой. Она пропадала день ото дня. Впрочем, для Беллатрикс это было в порядке вещей, но раньше она хотя бы говорила что-то. А теперь ее и вовсе не видно и не слышно. От Темного Лорда в последнее время не было вестей и жизнь Рудольфуса была сера и однообразна. Возвратившись из Азкабана, он тратил отсчитанные ему судьбой дни на бессмысленные дела, и повседневную жизнь, которая с каждым днем становилась все скучнее. Каким бы флегматиком не был Лестрейндж, а ему все же нужна была определенная встряска. К тому же, почему бы не навестить старых друзей, и узнать, наконец, что происходит. Как знать, может быть, они в Штабе? В таком случае нужно отправиться туда. Эта мысль возникла у него еще несколько минут назад, именно поэтому он и стоял в плаще, словно ожидая кого-то, поскольку именно это еще удерживало его в доме. Послышался бой курантов. Рудольфус нахмурился.
- Ну где ты там копаешься, черт тебя подери? - эти "ласковые" слова были адресованы его брату Рабастану. О да. Как не парадоксально это прозвучит, но у Лестрейнджа был младший брат. И, пожалуй, единственный человек, которого Рудо хоть как-то любил в этой жизни. Он всегда поддерживал его. Они через многое прошли вместе с братом. Вместе отсидели в Азкабане, вместе выполняли поручения Темного Лорда, еще в школьные годы всегда вместе издевались над гриффиндорцами. Даже к Рабастану Пожиратель проявлял гораздо большую теплоту, чем к собственной жене. Впрочем, глядя на Беллу, ничего другого и не оставалось. Она все равно обожала только Темного Лорда. По-началу это задевало Лестрейнджа, но затем он успокоился. Не в его привычках было перечить Хозяину. К тому же, чем ближе Беллатрикс к Волдеморту, тем ближе он, ее муж, становится к нему. Там, где фаворитка Белла, становится близким приспешником Рудольфус. Конечно, он ни разу не предал Темного Лорда и даже не подумал бы об этом. Он был предан своему Господину так же сильно, как и его жена. Просто у нее, помимо преданности, были и другие чувства. Но сердцу не прикажешь и Лестрейндж давно смирился со всеми пристрастиями Беллы. Как раз, возможно поэтому она и пропадает так долго? Мысли мужчины вновь переключились на то, чтобы уже, наконец, выйти отсюда и направиться в Малфой-Мэнор, где его ждали бы все ответы на вопросы, а заодно и встряска и, как знать, может быть, еще какая-нибудь авантюрная вылазка? Задание от Хозяина? Всякому терпению есть предел. И предел терпения Рудольфуса был уже на исходе, когда на ступеньках, ведущих со второго на первый этаж, послышался топот каблуков. То спускался брат Рудольфуса.
- Наконец-то! - в нетерпении воскликнул Лестрейндж, - Еще минута, и я бы сдох на этом самом месте. Ты там заснул, что ли? Или у тебя в спальне появилась новая обожательница, с которой ты решил "попрощаться" перед уходом?
Рабастан, по привычке вскинув голову, проигнорировал ехидство своего брата. Он был одет шикарно и элегантно. Как, впрочем, всегда. Рабастан был чуть ли не законодателем мод. Всегда галантный, привыкший одеваться изысканно, и следящий за своим внешним видом, он покорил не мало сердец, которые потом и разрушил. Впрочем, как и Рудольфус. Он тоже был галантен, красив, и, как и положено всем аристократам, имел изящные манеры, хоть и выражал их обычно в холодной вежливости. Но что касается одежды, то он точно уделял ей меньшее внимание, чем Рабастан. А последний же следил, чтобы на его пиджаке не было ни пятнышка, чтобы воротник был накрахмален и не выпячивался, чтобы брюки были всегда гладкими, а ботинки начищены до блеска. Кроме того, он почти всегда старался одеваться именно по сезону. Рудольфуса часто посещала мысль, уж не свихнулся ли его братец на изысканной одежде после лохмотьев в Азкабане?
- Кончай уже рисоваться, - прогнусавил Лестрейндж, глядя на брата, который стоял перед зеркалом, рассматривая себя с головы до ног перед уходом, - Ты не красна девица. И мы не на бал собрались. Пошли уже!
Подойдя к Рабастану, Лестрейндж буквально схватил его за рукав, отчего сразу получил резкий выпад от братца, мол, "не лапай, помнешь еще". Тем не менее, оба Лестрейнджа, наконец, вышли из дверей своего особняка и направились вперед по тротуару. Остановившись неподалеку от железных ворот в поместье, оба Пожирателя вскинули палочку, и в одно мгновение аппарировали.

Now
Растворившись в ночном мраке, братья Лестрейнджи оказались на большой поляне за оградой. Оглянувшись назад, они увидели большую калитку с железными прутьями, торчащими вверх. Рудольфус задумался. Похоже, здесь не обошлось без невидимых чар. Пожиратель взмахнул палочкой, и в следующую же секунду в ночном тумане проступили мрачные очертания большого дома - особняка Малфоев. Свет в окнах не горел. Значит, никого не было дома? Но отсутствие света еще далеко не повод так думать. Рудольфус подошел к входу в дом и, потянув за "железного льва", постучал им в дверь. Тишина. Никто не отозвался и не отворил дверь. Везде царила гробовая тишина. В величественном мраке ночи не раздавалось никаких звуков. Улица вокруг поместья Малфоев была пустынна и на ней в этот час не было ни одного случайного прохожего. Обстановка была жутковатой. Любому другому в пору было бы задрожать, или, по крайней мере, почувствовать мурашки на спине. Но только не такому, как Лестрейндж. Он был еще холоднее, чем ночной воздух, окутавший их с братом. Он хотел уже было самостоятельно открыть дверь палочкой, как вдруг она отворилась, и на пороге появился никто иной, как хозяин поместья. Коротко кивнув Лестрейнджам, он впустил их внутрь. Там было пусто. Никого не было видно. Лишь в камине еще слегка поигрывал огонь, отбрасывая слабый свет на большую гостиную Малфой-Мэнора. Оба Пожирателя огляделись. Но ничего не заметили. В комнате сейчас находились только Рудольфус и Рабастан.
- По-моему, здесь кто-то был...совсем не давно...еще до нас, - по привычке сощурив свои серые глаза, произнес Руди, окидывая гостиную своим проницательным волчьим взглядом, от которого не ускользнула ни малейшая деталь, позволившая ему сделать подобный вывод, - Что тут случилось Лю...
Он обернулся к Малфою, чтобы задать вопрос, но тот скрылся так же быстро, как и появился. Ничего не произнеся, он растворился во мгле особняка, видимо, поднявшись к себе наверх. Мгновение Рудольфус стоял, как вкопанный. Весь этот дом напоминал склеп, а только что появившийся Люциус напоминал призрака-привратника, отварившего двери склепа очередным посетителям.
- Какого дементора тут происходит? - он повернулся к брату, который до сих пор не проронил еще ни слова, - Ты как считаешь, Рабас?

 Отправлено: 27.09.09 14:17. Заголовок: В поместье Малфоев б..

В поместье Малфоев было как-то жуткова-то: стояла непрогляжная тьма, лишь только рядом с камином было немного светло от угасающего огня, никого не было - Люциус исчез как приведение, оставив братьев одних, было какое-то запустение и бардак. Скривившись, Рабастан, который, особенно после Азкабана, любил порядок и симметрию, медленно пошёл в сторону камина. его шаги отдавались громким стуком каблуков о дубовые полы, а так же равномерными стуками трости, на которую он опирался. Оказавшись возле камина, Рабастан достал палочку и из неё вырвалось изумрудно-зелёное пламя, которое разожгло камин на всю его мощь. В гостиной сразу стало гораздо светлее и теплее, но всё равно недостаточно. Игнорируя вопрос брата, Лейстрендж выпустил из своей палочки несколько невесомых шаров светившихся нежно-голубым светом, которые разлетелись по гостинной и осветили её полностью. Лучше бы он этого не делал, стала видна паутина, пыльная мебель и грязные полы - этот вид заставил Рабастана вскрикнуть:
- Укуси меня соплозвост! Руд, я ничего не понимаю! Если ЭТО наш штаб, то я белый единорог!, - Рабастан сказал это с таким презрением и сарказмом, которые выражали презрение к хозяевам этого дома, - Клянусь дьяволом, что в Азкабане и то было чище!
Не выдержав этого коншмара, Рабастан принялся размахивать волшебной палочкой наводя порядок и симметрию в гостинной, закончив, Рабастан с самодовольной улыбкой присел в одно из кресел у камина:
- Теперь здесь есть хоть одно помещение в котором можно нормально жить, в другие комнаты и залы я даже боюсь заходить! Не знаю что тут произошло и где все, но знаю, что они явно не ценят нормальное и приятное проживание! - Рабастан говорил уже спокойнее и параллельно открывл бутылку красного вина. Открыв и разлив его по бокалам и отправив один из них к брату, Лейстрендж проговорил:
- Давай лучше выпьем за Тёмного Лорда и за исполнение его планов!

 Отправлено: 27.09.09 19:02. Заголовок: Нарцисса не любила г..

Нарцисса не любила гостей, куда большее удовольствие ей доставляло ждать самых редких и самых дорогих гостей сердца – Драко и Люциуса. К сожалению, встречи с ними стали превращаться в праздники, однако желания видеть кого-то другого в их собственном доме не возникало. Да и когда ему было возникать, когда каждый, кто появлялся в Меноре, мог принести с собой ужасную весть: что с Драко что-то случилось или Люциус погиб. Беллатриса сама за себя постоять сможет, поэтому опасений на ее счет никогда не было. Остальные же (видимо, другие члены семьи Малфой – Лестрейндж) не волновали Нарциссу настолько, насколько она позволяла себе не думать о них. Даже подарки не присылала, все равно их кроме любви и доверия Лорда, дорогого коньяка или виски ничего не надо.
И возвращаясь к теме гостей, Цисса была бы готова принести в жертву Лорда кого угодно, лишь бы ее рождественскому настроению ничто не смогло помешать. К сожалению, гениальными подданными славится служба Темного Лорда (иначе, кто мог оказаться в ее с Люциусом доме, даже несмотря на то, что жилось там не так хорошо, как, скажем, год или два назад?). Женщина слышала знакомые голоса, и даже был бы рада поговорить с их обладателями, если не острое обоняние и прескверное расположение духа. Видите ли, когда к вам в дом вваливаются без приглашения и предупреждения знакомые родственники, речь о манерах и подобающей культуре идти не может. Любовь к родственникам должна быть на расстоянии, а те¸ кто был внизу, этого явно не знали. Ну неужели у этих Пожирателей не может быть выходных и праздников? Неужели их родители не учили элементарным правилам поведения? Неужели им негде больше выпить?
Эти вопросы мучили Нарциссу всю ее неспешную прогулку по Менору к злосчастному месту, где ее родственнички, явно хорошо отметившие начало Рождества, разглагольствовали об убранстве дома. – Мне не говорили, что я жду гостей – Спокойно поздоровалась Малфой, проходя в идеально убранную комнату. Ни пылинки, ни соринки, все чисто, красиво, чопорно, ведь выбирал Люциус. Все так, как того требует положение. К сожалению, семейство Лестрейндж далеко от такого понятия, как вечная классика или изысканная роскошь. – Рабастан, ты действительно белый единорог, раз говоришь такую чушь. – Холодно промолвила Цисса, огладывая горе Пожирателей. – Какого черта вы сюда ввалились, не предупредив меня или… Люциуса хотя бы? Вас прислал Темный Лорд? Вас? О, я сомневаюсь. Или вам негде было отметить долгожданное Рождество? Что вас сюда привело? – Рабастан оказался не один, что не удивило Малфой, ибо Рабастан без своего брата – не он. Какие трепетные чувства. И по наклонной спускаются вместе. Ни одному из них не пришло в голову вызвать домовика и известить об их приходе. Видимо, домовики испугались изрядно потрепанного вида двух вроде бы импозантных мужчин, которые несли откровенную чушь, вызванную наличием алкоголя в крови или отсутствием жизненно необходимого органа, - головы. Также они не знали, что пить в присутствии женщины – моветон. А выпили они очень много, раз Рабастан имел неосторожность промолвить следующее: «…в Азкабане и то было чище». Судя по всему, он так мало был в этой тюрьме…
Галлюцинации двух братьев рассмешили Нарциссу: такого стремительного падения магически мир не знал давно.

 Отправлено: 28.09.09 18:02. Заголовок: Братец, в доме у Мал..

Скрытый текст

Братец, в доме у Малфоев не могло быть грязи. Они чистюли редкостные.

Рабастан взмахом волшебной палочки разжег в камине огонь. Теперь он горел ярче, сильнее, неистовее. Словно этим жестом младший Лестрейндж показывал, как давно ему хотелось видеть подобное пожарище...в Хогвартсе или в Министерстве; как он желал, чтобы в таком огне горели всех их враги. Рудольфус думал о том же, глядя на играющие языки пламени. Он, как и его брат, окинул большую гостиную, которая теперь освещалась значительно лучше, мрачным, удрученным взглядом. Конечно, того, о чем говорил Раби, тут не было. Во всяком случае грязи. Наверное, это были галлюцинации, вызванные...а Салазар его догоняет чем... Но, зная натуру своего брата, зная, как он относится даже к малейшего рода пылинке, Рудо закрыл на это глаза. Это его не удивляло, нет. Скорее, его удивлял тот факт, как такие помешанные на чистоте люди, как Малфои, могут допустить, чтобы в их доме царил не полный порядок. А сейчас именно так и было. Здесь точно что-то происходило. Но вот что?.. Это был вопрос, в котором нужно было разобраться. И старшему Лестрейнджу было не до гуляний или празднований. Хотя он бы и не отказался выпить, и был, в общем-то, в некотором роде любителем этого дела, нынешние обстоятельства отбивали у него это желание. Он воззрился на Рабастана, у которого в руках появилась бутылка отличного розового вина, которую он не пойми откуда успел достать пока Руди не видел, и два бокала. Откупорив бутылку, Пожиратель разлил вино по обоим бокалам и протянул один брату. Рудольфус вскинул одну бровь, не принимая бокал из рук Рабастана, и переводя взгляд то на него, то на стеклянный сосуд в котором плескался живительный напиток.
- Ты бы лучше взглянул на вещи трезво, братец, - укоризненно сказал Лестрейндж, - Тут явно что-то нечисто, а тебе лишь бы пья...
В эту минуту сзади послышался звук чьих-то шагов, а именно, шарканье туфельных каблуков по полу, и раздался приятный на слух голос хозяйки Малфой-Мэнора. Она спокойно поздоровалась с ними и подошла ближе.
- ...нствовать, - закончил свою фразу Рудольфус, не глядя на Рабастана. Взгляд его, снова ставший холодным и проницательным, теперь был сквозил женщину. Серые глаза заблестели недоверчивым блеском. Значит, она тут, вместе с Люциусом? Но какого черта означает эта тишина, почему так мрачно? Они затаились? Да что, в конце концов, происходит. Лестрейндж должен получить ответы на мучившие его вопросы, и ему предоставился отличный шанс это сделать.
- Нарцисса, - бесстрастным тоном промолвил Пожиратель, и слегка кивнул головой в знак приветствия, - Ну, положим, рождество мы бы справили и без Вашего общества, - слово "Вашего" Рудольфус несколько выделил, хотя и не так сильно, чтобы не опускаться в этом отношении до оскорбления, но все же, чтобы слушатель почувствовал скрытый намек ехидства, - Но вот, что касается Темного Лорда, то мы как раз и хотели бы узнать о его местонахождении. Согласись, некрасиво. Мы, можно сказать, только вдохнули свежего воздуха, а уже потеряли и нашего спасителя и друзей. Что же это такое?
Рудо покосился на Рабастана и едва заметно подмигнул ему. Насмешка, исходящая от Нарциссы по отношению к его брату, показалась ему настолько нелепой, что он решил не упускать возможности и самому немного подстебнуться.
- Да, Раби, - он состроил на своем лице улыбку чеширского кота, - Иди "погарцуй", пока я буду беседовать с леди Малфой.
Затем Рудольфус снова воззрился своим холодным, волчьим взглядом на хозяйку поместья.

 Отправлено: 29.09.09 19:57. Заголовок: Рудольф, я тебе уже ..

Скрытый текст

Рудольф, я тебе уже объяснил моё мнение о происходящем и менять я его не намерен!

Рабастан сидел в кресле и попивал прекрасное вино, он усмехнулся словам брата о пьянстве и хотел было сказать кое-что язвительное по поводу Азкабана и коллекционного вина, но тут он услышал чьи-то шаги и знакомый голос, который, как всегда, выражал презрение к нему.
"Нарцисса" - подумал Рабастан и не оборачиваясь и продолжая сидеть возле камина заговорил:
- Цисси, я тоже очень рад тебя видеть! Нам как раз не хватало женского общества в такой замечательный день! А почему бы тебе не позвать всё семейство? Давай повеселимся!, - глос Рабастана был язвительным, он чувствовал, что что-то не так, но никак не мог принять серьёзный вид и всё обращал в шутку и издёвку.
- Ну, Цисси, не сердись! Включи логику! Ах да!, - Рабастан повернулся и, подмигнув брату, сделал печальное выражение лица по отношению к даме, - я и забыл, что ты ею не обладаешь, ну да ладно, я сам включу её за тебя: это уже не Ваше поместье, а штаб квартира Тёмного Лорда, следовательно мы, самые верные его сторонники, которые не предавали его, - Рабастан говорил всё яростнее и азатрнее, в нём пробуждалась обида, - которые пытались его возродить! Которые ждали его в Азкабане, пока вы, жалкие предатели, отсиживались в своих роскошных домах и окружённые тысячами слуг решали какие драгоценности надеть сегодня!! Это мы до последнего были за него! , - Лейстрендж резко вскочил и повысил свой голос, но, посмотрев на брата, немного успокоился и заговорил более сдеражано. - а следовательно, это всё принадлежит теперь Хозяину! И Его мы должны спрашивать о милости об аудиенции, собственно для чего мы сюда и пожаловали.
Рабастан усмехнулся и подмигнул брату:
- Так и быть, пойду погарцую, - сверкнул глазами Лейстрендж и немного отошёл успокаиваясь рассматривая гостинную, которую какой-то псих назвал "роскошной"!

 Отправлено: 29.09.09 21:11. Заголовок: Помимо врожденной не..

Помимо врожденной нелюбви к гостям Нарцисса также не любила, когда в ее доме даже самые близкие родственники вели себя так, словно ее, хозяйки дома, не было. Это касалось, скорее, Рабастана, младшего из братьев Лестрейнджей, Рудольфус же вел себя удивительно вежливо и обходительно. Все-таки былины и легенды не врут: младшие братья – недостойные копии старших. И Цисса была с этим согласна, ибо она тоже так считала. Ну разве можно сравнить манеры Рабастана и Рудольфуса?
Из двух зол, как известно, выбирают меньшее, наверно поэтому Малфой была более благосклонна к старшему Лестрейнджу, нежели к младшему. Может факт, что он женат на родной сестре женщины, играет немаловажную роль? Это не важно, по крайней мере, для Нарциссы такой пустяк совершенно не важен. – Рудольфус, это не может не радовать. Еще одной компании на Рождество мы могли бы не выдержать. Однако семейные традиции не стоит забывать, даже если впереди вас ждет перспектива превратиться в гадких магглов, что не похоже на… тебя уж точно. – Тонкие губы Циссы презрительно сжались, брезгливость так и скользила в фиалковых глазах. Все-таки быть в компании выпивших мужчин – удовольствие не из самых приятных, несмотря на то, что многие в таком состоянии крайне добрые, даже если они Пожиратели Смерти. Все равно чувство отвращение есть, хоть оно почти никак не проявляется, за исключением взгляда.
Нарцисса, обводя взглядом гостиную, пришла к неутешительному выводу: незваный гость – хуже задания Лорда, который был точно где-то в поместье. Где – Цисса никогда не скажет, ибо кому надо, знают, где Лорд, а пустой разговор о верной службе и «мы как раз и хотели бы узнать о его местонахождении» не будут являться поводом о том, чтобы рассказать о местонахождении Лорда. Каламбур какой-то. – Вы же не будете против, если я присяду? Вот и славно. Благодарю. – Цисса как всегда величественно прошла к любимому креслу Люциуса и, сев, вновь стала вглядываться в братьев, как по разуму, так и по уму. – Видишь ли, Рудофльус, я не вижу связи в твоих словах, впрочем, в словах Рабастана их еще меньше. Раз вы здесь, значит и Лорд здесь. Мы с Люциусом не объявляли рождественский ужин, чтобы собрать старых друзей вместе, увы. Если вы приготовили мне подарок, я с радостью его приму, но зная твою нелюбовь к подаркам, я навряд ли дождусь от вас хоть бумажного цветка. Я права? – О, разумеется, Нарцисса права. Белла, будучи супругой Рудольфуса ничего не получила от него – ни-че-го. Вероятно, Беллатрисе ровным счетом от муженька-то ничего и не нужно было. – А ты, Рабастан, как всегда шутишь. Сколько себя помню, тебе всегда не хватало женского внимания, ровно как и ума. Без логики можно прожить. Зачем она мне, когда есть холодный и расчетливый ум? Тебе ли не знать, Пожиратель? – За что? Почему младшие братья стараются казаться умнее, чем могли бы быть, чем это заложено в их генах?
Спокойствие – неоспоримое преимущество, коим Нарцисса никогда не позволяла себе разбрасываться. Иногда его могло просто-напросто не хватить, вот сейчас, например, когда Рабастан чуть слюной не забрызгал ковер ручной работы, доказывая свою преданность Лорду, чем вызвал гнев женщины, но та лишь равнодушно смотрела в глаза бедняге. – Лжешь. Ты говоришь, как мерзейший эльф-домовик. Раз вы ему так верны, то что за нужда прохлаждаться здесь и пить вино? Неужели вы настолько глупы, чтобы верить в Его снисхождение? Одного Азкабана мало, уважение заслуживается не только тем, что человек сходит с ума рядом с дементорами и верит в ужасные вещи. Нужно верой и правдой служить, как это делает Амикус, Белла, Алекто и другие Пожиратели. А вы… что вы? Заявились сюда, будто к себе домой и ведете соответствующе! Я не вижу здесь ни одного Пожирателя, не подскажешь, Рабастан, где «самые верные его сторонники, которые не предавали его»?

 Отправлено: 30.09.09 14:00. Заголовок: Рудольфус стоял, уст..

Рудольфус стоял, устремив свой мрачный взгляд в огонь, яростно пылавший в камине. С каждым словом Нарциссы в нем пробуждался гнев, обида, ненависть. Ему, одному из любимчиков Темного Лорда, будет тыкать какая-то недоделанная аристократка, помешанная на чистоте, которая только и умеет делать, что тыкать своим положением в глаза? Тем временем его брат подал голос. С каждой секундой он произносил слова все быстрее и яростнее, с каждым мгновением его тон становился все громче и громче. Казалось, сейчас задрожат стены, а с многочисленных полок гостиной посыпятся золотые вазы, дорогие вещицы и фарфор. Его слова сыпались на Нарциссу густым потоком желчного гнева. Старшему Лестрейнджу хотелось подойди, пожать брату руку, сказать, что он абсолютно прав, что в то время как они страдали за Хозяина в Азкабане, в то время как они жили днем, чтобы он возродился, в то время, как каждый их день был похож на кошмар, Малфои наслаждались жизнью, вкусно ели и пили, сладко спали, и не сделали ровным счетом ничего для возвращения Темного Лорда. И у Цисси еще хватает наглости что-то заявлять? Однако, как не поддерживал в душе Рудольфус своего брата, но сейчас он кинул на него взгляд, который ясно говорил - "я с тобой согласен, брат, но сейчас не время пылить", и едва заметно покачал головой. Рабастан успокоился и отошел в сторону. Нарцисса же, прошествовав к роскошному креслу в центре гостиной, изъявила желание на него присесть.
- Ты здесь хозяйка, - ответил Лестрейндж, - Зачем спрашивать разрешение у тех, кто являются всего лишь гостями?
Однако последующие слова Нарциссы заставили пожалеть Рудольфуса о том, что он был вежлив с этой женщиной. Целый поток несправедливых, едких слов обрушился на его его младшего брата. Рудо кинул на него косой взгляд. Рабастан то бледнел, то багровел. По всему видно, ему, как и Рудольфу, хотелось кинуться на хозяйку поместья, вцепиться в ее горло мертвой хваткой, и смотреть ей в глаза, наслаждаясь ее судорогами, до тех пор, пока она не испустит последний вздох. Взгляд Руди, которым он снова одарил Рабастана, еще раз заставил того, хоть и из последних сил, сдержаться. Рудо сделал шаг вперед.
- Леди Малфой, - спокойно произнес Лестрейндж, но настолько ледяным тоном, что январские морозы по сравнению с ним показались бы жарой, - Еще одно оскорбительное слово в адрес моего младшего брата, и «верных сторонников» Темного Лорда станет немногим меньше.
Эта не пустая угроза прозвучала как-то особенно зловеще в словах старшего Лестрейнджа, которые он сказал без тени гнева или вспышки, с холодной вежливостью, свойственной аристократам. Этот человек был изваян из мрамора. Они с Рабастаном были две противоречивости. Первый был горяч, дерзок, напоминал вальяжного, расшитого дорогими материалами, огненного демона, изливающего жгучую лаву из своей отверзнутой пасти. Последний же напоминал ледяную статую, притягивающий своей мрачной грацией, холодом своей галантности и вежливости, черной харизмой человека с каменным сердцем. Несмотря на это, по-правде сказать, хладнокровие самого Рудольфуса тоже было на исходе. Слова Цисси проникали в его душу. Как же они были несправедливы, эти слова, которые жгли его изнутри.
- Так ты говоришь, - снова промолвил Пожиратель, - Что мы недостаточно служили Хозяину верой и правдой? Значит, того, что мы делали во время его вторжения, будучи в числе одних из самых первых его сторонников, тоже ничего не значит? Все эти жертвы, которые мы приносили ради общего дела, были впустую? Разве эта чертова куча людей, которых мы пытали и убивали, тоже была отправлена к Салазару зря? Или то, что нас денно и нощно истязали в Азкабане дементоры, вытягивая из нас все самое дорогое, что только было для нас в этой жизни, высасывая из нас все надежды на скорое спасение, мучая нас каждый день, а мы все это терпели ради нашего Господина...это все тоже ничего не означает? И Алекто и Амикус и моя жена служат Темному Лорду так же верно, как это делаем и мы. И вот, когда мы, истосковавшиеся по своим сородичам, по нашему общему делу, находясь в неведении, что происходит после нашего освобождения, являемся сюда, чтобы хоть что-нибудь выяснить, нам бросают в лицо нечто похожее на: "пошли вон, неверные, вы недостойны что-либо знать." И от кого сделан такой выпад? От той, которая все это время спокойно жила и радовалась жизни, воспитала ребенка, любила мужа, спокойно спала, не сделав ничего для возрождения Хозяина?
Лестрейджа захватил приступ минутного холодного кашля, заслуженного им вполне справедливо, когда он произнес этот весьма красноречивый, но ужасно режущий ему изнутри душу, монолог. Затем он сглотнул и выпрямился. Губы его слегка дернулись, готовясь искривиться в устрашающей гримасе, а серые глаза по-хищному сощурились. Бледное лицо Рудольфуса освещал тусклый свет пылающего в камине огня, придавая ему жутковатое выражение.
- Не стоит бросаться абсолютно не резонными словами, не имеющими за собой никаких объяснений, и которые могут обернуться большой бедой для того, кто их излагает, - по-прежнему ровным тоном, гулко отдававшимся в пустой гостиной, где слышалось потрескивание дров в камине, сказал Лестрейндж, который все еще сохранял спокойствие.

 Отправлено: 04.10.09 11:02. Заголовок: Печально. Крайне печ..

Печально. Крайне печально видеть лица мрачных мужчин, которые были пойманы как шаловливые дети за чем-то ужасным. Пресечь гнусные поступки оказалось лишь началом долгого и крайне неприятного разговора. Этого и следовало ожидать, ведь лучшая защита – это, как известно, нападение, уж тем более, если ты Пожиратель и до сих пор веришь в благосклонность Лорда. Непонятно почему, но Нарциссу крайне веселило замечание Рудольфуса. Он сам ее смешил – нельзя быть таким серьезным. Неудивительно, что вопрос репутации в глазах Лорда стоит для Лестрейнджа настолько остро. Так всегда бывает, когда муж до конца жизни призван находиться в тени более успешной и преданной жены, Беллатрисы, ведь обратной дороги для них нет. Не зря же они умирали в Азкабане. Какая нелепость! Проводить свои бесконечные дни в самом мрачном и жутком месте на земле, верить, надеяться, а потом своими словами убеждать других в своей же правоте. Да, Люциус тоже там был, но понятно, что Нарцисса всегда будет на стороне мужа, как бы он ни поступил и что бы ни говорил.
Видимо, Рудольфус пытался доказать что-то не Нарциссе, а самому себе, Цисса же не нуждалась в его страстной речи: ей все было известно и без помощи сердобольного зятя. Прерывать беседу было бы просто невежливо, а соглашаться – глупо. – Рудольфус, ты меня явно недооцениваешь и недооцениваешь тех, кто находится в этом поместье помимо меня. – Какой же глупец, вздумал пугать Малфой. Малфои бояться только двух вещей: смерти и страха, а лицо и у смерти, и у страха одно – это Лорд. Еще одно доказательство, что служение верой и правдой не пошло на пользу ни Рабастану, ни Рудольфусу. Цисса даже позволила себе рассмеяться: настолько комичной была ситуация. Комичной для нее, разумеется.
Ах, и что ты мне сделаешь, а, Руди? Так тебя называли твои сокурсники? Ты применишь одно из Непростительных Заклятий ко мне? Неужто ты думаешь, я поддамся, буду сидеть, сложа руки, а потом корчиться от боли? Азкабан тебя ничему не научил, к нашему великому сожалению. Или ты в фирменной манере обрушишь на меня самые непристойные ругательства, которым тебя учили отродья, которые постоянно тебя окружали? Или, о ужас, убьешь меня в собственном поместье? Великодушно прошу простить, в “штаб-квартире Лорда” убьешь? Не смеши, ты меня и пальцем не тронешь, не посмеешь, я ведь права? Сам себе смертный приговор подпишешь.
Наступила очередь тяжелой “артиллерии” – самому ужасному, до чего только может опуститься мужчина, до оскорблений и упреков, до бесконечных “да ты, да я, да мы, да вообще” и т.д. Если Рудольфус ожидал увидеть ненависть в глазах Циссы или хотя бы негодование, он просчитал свои силы и возможности. Либо плохой стратег, либо слишком плохо знает жену своего “друга”. – Ты явно преувеличиваешь, Лестрейндж. – Голос Нарциссы плавно переходил с вежливого тона на резкий шепот, теряя остатки прежнего – благосклонного – настроения. Каждое слово, каждый звук, каждое изменение тона сопровождалось презрительным взглядом и малфоевской ухмылкой. Если женщина не хочет вести себя так, как не привыкла, хочет выразить свой протест, на показывает это взглядом. Пожиратели ведь понимают все с полувзгляда, ведь так, Рудольфус? – Строишь из себя жертву, пытаешься играть на сострадании, не забывая упомянуть про веру Лорду, в честь Лорда, во имя Лорда. Смею успокоить тебя, в ваших с Рабастаном заслугах я ни в коем случае не сомневаюсь. И не имей плебейской привычки сравнивать тех, кто осознанно стал служить Лорду, и тех, кто не является Пожирателем. Думаешь, то время, что Люциус был в Азкабане, я спокойно жила, радовалась жизни? Или когда Беллатриса по своей собственной глупости сидела в этой тюрьме, я радовалась, надеялась, что сестра вот-вот образумится? Странные у тебя понятия о семье, Рудольфус, особенно когда ее у тебя нет. Не суди – и не судим будешь. Еще один срок тебя уж точно не обрадует.… Или за благосклонность Лорда ты будешь готов до последних дней сидеть в Азкабане, пока другие почивают на твоих лаврах?
Нарцисса не понимала причину возникшего спора, переросшего в обвинение одной стороны – обвинение Рудольфуса. Сама же Малфой не имела привычки судить о тех, кого она никогда не поймет и не поддержит, кроме Люциуса и Драко. Они стали заложниками обстоятельств, а эти Лестрейнджи – живой мишенью, или называйте, как хотите. – Я не ослышалась, ты мне угрожаешь? – Нельзя скрыть ухмылки, нельзя открыто не радоваться неразумным словам. А ведь он так и не научился следить за языком. – Огорчу тебя, Рудольфус, твои тщетные попытки обречены на провал, а неумение держать себя, заключив в рамки дозволенного, не сыграет тебе на руку. Так или иначе, не хочу, чтобы мы остались врагами, ведь мы же семья, должны помогать друг другу, а не строить козни. – Какой бестолковый день – отвратительное рождество, и ни одной весточки от Драко.

 Отправлено: 07.10.09 18:18. Заголовок: Как глупо всё в этой..

Как глупо всё в этой жизни... вот и сейчас, в поместье одного из самых почитаемых родов в волшебном мире трое могущественных, умных, взрослых, преданных одному делу, связанных родственными связями волшебников происходила банальная что ни на есть детская ссора! Если бы за ней наблюдал Тёмный лорд, он наверняка бы посмеялся над глупостью этих людей!
Рабастан отстранился от Нарциссы и Рудольфуса, ему необходимо было успокоиться и прийти в себя, а потому он не особо прислушивался к разговору, хотя и каждой клеточкой тела был готов защищать слова произнесённые братом! Он был полностью с ними согласен и считал, что подругому и думать невозможно! Речь же Нарциссы только ещё больше стала разъярять его, но он постарался абстрагироваться и пропустил большинство мимо ушей. Однако младший Лейстрендж всё-таки смог окончательно успокоиться, вернуть хладнокровие и трезво оценить ситуацию
"Какого фаланда мы тут устроили втроём? Почему мы вообще ссоримся? Из-за чего? Дурдом какой-то... Посмотреть только на эту пару - Рудольфус, верный сторонник лорда, шедший на всё ради него, с друго стороны Нарцисса, мать семейства, которая выше всего ставит своего мужа и своего сына... в принципе они оба правы в своих убеждениях и оба же неправы... но пора прекращать это безумие"
- Рудольфус, Нарцисса, давайте успокоимся, прекрастим этот дурацкий спор. - медленно и размеренно произнёс Рабастан оставаясь на месте возле старинного гобелена на стене - Наши ссоры ни к чем не приведут и мы все это понимаем. Цисси, прости что так вломились, я приношу тебе свои искренние извинения, нам срочно необходимо видеть Повелителя, ты бы не могла помочь нам и сказать когда мы сможем это сделать?
Рабастан смотрел прямо в глаза Цисси, его взгляд ничего не выражал, лишь странный огонёк светился в них.

 Отправлено: 12.10.09 12:21. Заголовок: Резкими шагами двига..

Резкими шагами двигаясь к крыльцу собственного поместья, Люциус Малфой мысленно осыпал проклятиями ту минуту, когда ему в голову пришла мысль отправиться в Лондон. Мало того, что необходимость постоянно скрываться от любопытных взглядов не дала ему уладить необходимые вопросы, так еще и в его отсутствие в особняк заявились гости. Едва сработало оповещающее заклятье-привратник, как он незамедлительно аппарировал обратно. В эти неспокойные времена, когда штаб Темного Лорда расположился прямо у него дома, Люциусу пришлось смириться с тем, что в любой момент в Малфой-Менор могут нагрянуть далеко не самые приятные посетители. Однако, даже привыкнув к этой мысли, он понимал, что опасно надолго оставлять Нарциссу одну, и старался делать это как можно реже.
Незваных гостей было двое. Это он понял еще по цепочке следов, ведущих к парадному входу. Быстро поднявшись по ступеням, Люциус вошел внутрь особняка и на секунду замер, прислушиваясь. Из гостиной, успокаивая своим звуком встревоженные мысли, донесся негромкий голос Нарциссы, а следом за ним другой, принадлежащий мужчине. Слов он не разобрал, но говорившего узнал сразу – судя по всему братья Лестрейндж вдруг решили нанести им родственный визит. Как банально. Не теряя времени, Люциус прошествовал в гостиную как раз вовремя, чтобы услышать последние слова Рабастана.
- Мне, к сожалению, не известно за что ты, Рабастан, только что извинялся перед моей женой, -холодно произнес он, едва перешагнув порог, - но тебе повезло, что я не застал причины твоих извинений. Иначе бы мне, как минимум, пришлось усомниться в твоих хороших манерах.
Язвительно усмехнувшись, Люциус пересек комнату и остановился рядом с креслом, в котором сидела Нарцисса, готовый по одному ее слову пустить в ход волшебную палочку. Одного взгляда на супругу хватило, чтобы понять, что до его прихода их беседа была отнюдь не о рождественских подарках. Он смерил равнодушным взглядом стоявшего неподалеку Рудольфуса. Прекрасное Рождество, прекрасное, ничего не скажешь. Оставалось только приказать принести праздничный пирог и открыть бутылку шампанского. Хотя, гости уже кое о чем позаботились, развлекая себя вином, наверняка отвратительным. Впрочем, чего еще было ожидать от братьев Лестрейндж? Будто успокаивая Нарциссу, Люциус положил ладонь на спинку ее кресла. Другая его рука по-прежнему сжимала серебряную рукоятку трости.
- А я-то уж думал, что вам вдруг взбрело в голову нанести нам семейный визит, - в голосе Малфоя откровенно звучали насмешливые нотки. – Но, Темный Лорд, несомненно, будет польщен, узнав, что вы удостоили его своим появлением.
Он перевел взгляд с Рудольфуса, на Рабастана, наблюдая за их реакцией, на случай если у кого-то из них хватит ума воспринять его слова в серьез. Но, как ни прискорбно, проблесков здравомыслия ему заметить так и не удалось.
- Неужели вы в самом деле думаете, - голос Люциуса за секунду стал пугающе ледяным, - что Темному Лорду нечем больше заняться, кроме как сидеть и ждать, пока его навестит кто-либо из страждущих слуг? Что ж, если так, то мне придется вас разочаровать, господа – у повелителя сейчас есть дела поважнее, чем выслушивать ваши заверения в собственной верности.
Наивные глупцы. Что они хотят этим доказать? Свою верность и преданность? Глупее способа и не придумаешь. Вместо того, чтобы сделать что-то полезное, заявились сюда и, попивая вино, выказывают желание «проведать» Волдеморта.
- Когда вы понадобитесь, он сам призовет вас, - сухо добавил Люциус, не меняя выражения лица. Неужели, даже теперь не понятно?

 Отправлено: 15.10.09 20:19. Заголовок: Чтобы не задерживать..

Рудольфус быстро поднял голову, наклон который был устремлен в камин, а взгляд мрачно потуплен, ибо не было возможности что-либо понять и разобрать сейчас. Однако первые слова леди Малфой заставили Лестрейнджа встрепенуться. Он жадно ухватился за эти слова женщины.
- Что-что, - переспросил он, - Кто, ты говоришь, находится еще в этом поместье?
Он не был уверен, что слова Нарциссы были адресованы мужу, поскольку, вполне очевидно, что Лестрейнджы знали о его присутствии, так как он сам впустил их в дом и ушел на второй этаж, так и не появившись. Тогда кто же здесь прячется? Неужели...?!
Мужчина сделал два шага в сторону хозяйки поместья. В эту минуту она снова заговорила, словно пригвоздив своими жестокими словами Рудольфуса к месту. Ни многим удавалось вывести старшего брата из себя. Точнее, почти никому. Но на этот раз хозяйке Малфой-Мэнора это, похоже, удалось. Ему страшно хотелось броситься на нее, схватить своими ястребиными пальцами и сильно сжать ее горло, насладившись ее предсмертным хрипом, и ужасом в ее глазах. Рудольфус на мгновение даже представил себе эту картину. Но он прекрасно знал, что этому не суждено было случится. Сестра Беллатрисы, жена Пожирателя Смерти. Если бы он тронул ее, не миновал бы темной истории, которая была бы едва ли не темнее его сущности. Как и повелось, вся ярость и гнев в мгновение око вылились в ледяную ненависть мраморной статуи. Быть может, любой другой на месте Рудо взорвался бы, но только не Лестрейндж. Его жестокости не было предела, однако бурные эмоции он всегда умел скрывать в своей натуре истинного флегматика. Теперь же он просто подошел вплотную к белокурой женщине и встал по левую сторону от нее. Правая рука Лестрейнджа легла на хрупкое плечико Нарциссы и сильно сжала его.
- Видимо, Нарцисса, ты давно не ощущала тех страданий, которые переживали мы, истинные поданные Темного Лорда, - произнес Рудольфус угрожающе тихим тоном, не разжимая болезненной, стальной хватки своих холодных пальцев, - Я тебе не угрожаю, Цисси. Боже упаси. Я пока только лишь предупреждаю.
Она подняла на него свои глаза, а он улыбнулся ей, обнажив полный ряд белых зубов. В тусклом отблеске огня, поигрывающего в камине, эта ухмылка показалось оскалом хищника, показывающего жертве свои клыки, в любую секунду готовые сомкнуться на ее горле.
- Я не позволю какой-то расфуфыренной курице диктовать мне, любимчику Темного Лорда, как себя вести, - думал Лестрейндж.
Тем временем его младший брат снова заговорил. Руду стало стыдно за то, что Рабастан на этот раз, только что бесившейся, первым пришел в себя и сделал легкий шаг к примирению. Да и Нарцисса, похоже, не особенно спешила ссориться. И в самом деле, чего это он начинает? В конце-концов, такое поведение не приличествует хладнокровному аристократу, коим он себя всегда считал. В эту минуту, когда Рудольфус уже собирался еще что-то сказать, на каменном полу послышались шаги. Это был Люциус, показавшийся в комнате. Лицо его было сурово, фигура степенна и мрачна. Зачем он возвращался? Последующие его слова доказывали, что он либо решил, наконец, дознаться, зачем братья ворвались в его дом, либо же подслушал часть их разговора и решил вмешаться, дабы защитить свою жену и предотвратить возможный конфликт. Не понятно было. Откуда он пришел, то ли снизу, то ли с улицы, что было вероятнее всего, поскольку в этом случае Лестрейндж услышал бы шаги на лестнице. Какого Салазара Малфой оказался там? Я не видел, как он проскочил. Или он использовал привратника? Хм... Любопытно, что этот слизняк появился в самый разгар перепалки, уж не подслушивал ли он каким-нибудь образом...
- Ох, смотрите, кто пришел, - губы Рудольфуса искривились в презрительной усмешке, - Люциус. Изволил вернуться к нам? Славно, а то мы уж волновались, куда это ты пропал. Думали, потерялся совсем наш бедный дружок Малфой. Знаешь, на секунду я даже подумал, что это ты отворял нам дверь в свой...дом. Так нездорово ты выглядел, чрезмерно бледен. Уж не случилось ли чего?
Рудольфус ухмыльнулся, не упустив очередную возможность съязвить хозяину поместья. Мужчина вскинул бровь и перевел многозначительный взгляд серых глаз на Рабастана, - Видишь ли, братец, похоже, что за последнее время достопочтимое семейство Малфоев настолько облондинилось, что уже, кажется, и не понимает, для чего мы явились сюда.
Холодный взгляд старшего Лестрейнджа снова был обращен на Люциуса Малфоя. Серые глаза сощурились.
- Я не намерен повторять это, Малфой. Мне надоело бездействие и чертова игра в прятки. Выкладывай все начистоту. Мы пришли сюда за этим, и не уйдем, пока не добьемся правды. Где Темный Лорд? Я чувствую, ты знаешь.